Электронная книга - «О бедном монахе замолвите слово.». Краткое содержание книги:
— Здравствуй, Дао Ли!
Он не ищет проблем — проблемы находят его сами.
Он не волочится за красотками — они приходят к нему, и хотят его избить.
Сокровища? Чудеса? Приключения?
Найдется все, и он будет этому не рад.
Но пока крепкие руки сжимают железную метлу, и сверкание лысины затмевает отблески боевых техник — ничто не способно остановить этого младшего Дао, бредущего по дороге в небеса!
— Почему же, вполне стоит, — ответил я девушке.
В любом случае, чтобы найти то, что понравилось старому Фангу, придется обойти все поместье, так что лучше на ночлег устроиться пораньше, чтобы не тыкаться по углам в темноте.
— Ли, обернись. Там ворона… — пропищала мне моя спутница.
— Ну, так пусть она там будет. С ней что-то не так?
— С ней все не так!!! Ли!!! — уже провизжала мне девушка. — Это мертвая ворона!!!
И тут я понял, что не так с картиной: глаза воина, изображенного на ней, действительно сдвинулись, и теперь уж на игру теней это было не списать. Свирепый воин, ранее олицетворявший собой непреклонный дух и жажду битвы, теперь жадно пялился на мою паникующую спутницу, а прежде легкая небрежная улыбка, ранее источающая предвкушение боя, теперь стала откровенно сальной. Ванкси тоже было на что взглянуть: к нам, неуклюже переваливаясь, ковыляла та самая сушеная ворона.
— Бежим!!! — завопила девушка, и заметалась в поисках выхода: путь наружу преграждала ворона, приветливо разевающая клюв, и силящаяся каркнуть, но в ворота рядом со зловещей картиной Ванкси не хотелось еще больше, чем к вороне. Я же был полностью солидарен с этим порывом моей спутницы, и никаких сомнений не испытывал, хотя створки эрмэнь явственно пришли в движение и врата начали открываться. Ждать того, кто собирается из них появиться, я не собирался, и, издав боевой клич (пусть злые языки и сказали бы, что это больше было похоже на визг, но призываю им не верить), бросился назад.
Как может какая-то птица, пусть и дохлая, остановить этого мастера, когда он убегает? И снабдив ворону пинком, способным потрясти сами небеса, от чего бывшее пернатое улетело назад во тьму, я рванулся на выход, таща за собой девчонку, и мы ввалились в пыльную комнату, и двери за нами с грохотом захлопнулись. В комнате вдруг как-то резко начали сгущаться тени, хотя до заката солнца времени было еще довольно, и вскоре все вокруг затопил непроглядный мрак, из которого доносился треск, грохот и инфернальные вопли Ванкси. Я же искал на ощупь двери наружу, и никак не ощущал их наличия, зато начал чувствовать какое-то удушье. Да что там удушье? Нежное, почти невесомое прикосновение чьих-то неприятно мягких рук к моей шее почти заставило этого мастера испачкать исподнее, но этот Дао, хоть и юн годами, но духом несокрушим (демонстрации несокрушимости также способствовало пустое брюхо).
Вспыхнувшая на мгновение, и тут же погасшая техника Улыбки Солнечного Тигра (причем, погасла она отнюдь не по моей вине), все же успела продемонстрировать, в какую сторону мне следует продвигаться, и еще кое-что.
Столб пыли, отдаленно напоминавший человеческую фигуру, и тянувший ко мне свои «руки».
На этом я решил, что с меня довольно, и проследовал на выход. Двери, до того едва не вываливавшиеся от слабого порыва ветерка, оказались накрепко запертыми, но даже будь они выкованы из небесной стали, им сегодня было бы не устоять, и под могучим плечом этого мастера, жаждавшего свободы, они выпали вместе с петлями и кусками косяка, а я кубарем прокатился по ступеням крыльца. Быстрая, словно вспышка молнии в пору весенних гроз, по моей спине протопталась Ванкси, и умчалась прочь из этой скорбной юдоли. Стремительному ее порыву не мешали ни крепко зажмуренные глаза, ни одна из пыльных картин, надетая ей на плечи. Ощущение удушья как-то разом пропало, и я с трудом поднявшись, отправился проветриться и укрепить пошатнувшееся душевное равновесие в лес, за пределы стен поместья, туда, где к остаткам телеги осталась прислоненной моя метла с начинкой из одного старого негодяя, чей истерический хохот грохотал у меня в голове.
Звучно шмякнув меня по лысине, вдогонку прилетела дохлая ворона, по которой неоднократно успели пройтись как я, так и Ванкси, окончательно подтвердив этим гипотезы о том, что нам тут не рады.
Как следует отдышаться получилось лишь возле телеги.
Заходящее солнце клонилось к закату, бросая последние лучи на притихший лес, шелестел ветерок травой и ветвями деревьев, где-то неподалеку надрывались кузнечики и сверчки.
Из травы приветливо скалился мне череп какого-то бедолаги, назойливо лезущий на глаза.
Долго и многословно издевался учитель.
Вскоре вернулась Ванкси. Молча присела рядом со мной, и стянула с плеч картину. Пыль с картины осыпалась, и проявилось изображение всадника, сидевшего верхом на черном коне, и свежей дырой на месте лошадиной головы.
Девушка сообщила мне, что спать сегодня предпочтет в лесу, с комарами и дикими свиньями, а в этот дом она больше ни ногой — я к этому ее решению отнесся с пониманием.