Мир лишённый тайн

— Сам принцип работы, что ЭВЭ, что ТЭСТИВа лежал на поверхности. Всё гениальное, как всегда, просто. И если нейротехнологии у нас развивались и так. И ЕВА вполне логически вписывается в последовательность развития некоторых прикладных наук, то вот… случайно наткнуться на измерение хронопласта и соединить их воедино на уровне идеи невозможно, как мне кажется. Тот, кто это придумал и соединил точно знал заранее и что делать и где искать.

— Хм. И какие есть предположения? — отодвинув стул для посетителей и присев, заинтересовано спросил Владимир.

— Ох, не нравятся мне вопросы заданные майором ФСБ с такой интонацией. И если бы не возраст я бы, пожалуй, промолчал, — улыбнулся профессор, и присаживаясь за свой стол продолжил: — Складывается впечатление что нам в одночасье взяли и открыли доступ к закрытому ранее ресурсу. Я начинаю склоняться к теории некоторых моих коллег, что это происки высокоразвитой цивилизации, курирующей нашу землю.

— Эту версию можете точно отбросить. Авторитетно вам заявляю, что это не так.

— А как? Ты знаешь? Ваша организация знает?

— Знаю, но вам не скажу. Не положено.

— Ну вот опять. Всё-таки тайны остались.

— Конечно. Некоторая доля тайн будет всегда. И основную, нам разрешить не удастся абсолютно точно. Это как вообще появился мир и, в частности, жизнь.

— Это да. Колесников у нас попытался пробиться в основы основ.

— И как?

— Сейчас лежит в больнице с физическим и нервным истощением. Знаешь?! В интернете ходит такая страшилка, что группа учёных и добровольцев под их руководством, попытались посмотреть причины исчезновения кораблей, самолётов и людей в бермудском треугольнике. И представляешь? — Кавындиков наклонился вперёд и заговорщически перешёл на шёпот, — Все они тоже исчезли!

Собеседники рассмеялись. Сотрудничавшие на почве научных изысканий эти два человека знали друг друга давно. Конечно, выражение научные изыскания не совсем точное. Учитывая какое подразделение возглавлял Опов, ему постоянно приходилось обращаться к различным умудрённым опытом теоретикам и в частности в Российскую академию наук. Ничего такого инопланетного и потустороннего. Это в основном было связано с разработкой различной разведывательной и оперативной техники, обмундированием, а также изучением захваченного у «партнёров» или обнаруженных вражеских предметов. Несколько раз был и совместный анализ и исследование загадочных явлений.

— Надеюсь, Голубцов не пытался проникнуть в тайну создания первых спиртных напитков?

— Увы, нет.

— И почему же увы?

— Всё гораздо прозаичней. Страх и разочарование. Он не первый. Был у нас такой великий учёный Звёздов Анатолий Платоныч, доктор наук и так далее. Достаточно именитый и в самом расцвете сил. Ему было шестьдесят два. Спился и умер. Причём в короткий срок. А причина банальна. Появление ТЭСТИВа поставило большинство его открытий под сомнение, а некоторые теории, в том числе не только его, но на многие он опирался, полностью опровергнуты. В разряд несостоятельных попали и аксиомы, казавшиеся незыблемыми почти всем учёным сообществом. Это очень тяжело переносят почти все мои коллеги и испытывают растерянность, ссылаясь, что уже слишком старые и поздно, а порой и невозможно как-то ломать свои взгляды и искать истину заново.