Инсомния-2

— А ты у отца не интересовался? — спросил я.

— Он практически всегда в состоянии медитации, — пожал он плечами. — Поддерживает завесу. Сам понимаешь, последнее время это было особенно актуально. Ну так как?

— А как ты залечил свою рану? — задал я встречный вопрос.

— Ну, секрет, так секрет, — рассмеялся Йозеф.

— Твоя книга. Прочитал, спасибо, — я протянул ему трактат, который таскал с собой все это время.

— Оставь, пригодится. Я все равно наизусть его знаю.

— Но это же из семейной библиотеки.

— Как я уже объяснял, у отца не то чтобы много времени на чтение. Так что оставь, тебе нужнее.

— Спасибо. Слушай, ты же наверняка осведомлен о многих аспектах калейдоскопа.

— Есть такое, — важно кивнул тот.

— Кто такие творцы снов, знаешь?

— Это все знают, — буркнул лазурный.

— Не все, — возразил Бион.

— Все, — поддакнула Мэйси. — Если только ты не из Шоу. Или Лира.

— Тебе про творцов в целом или про божественную Кватру?

— Что за Кватра? — посмотрел на Йозефа.

— Фух, — потер руками Йозеф, будто собирался с мыслями. — Про концепцию силы сновидений ты в курсе. Я про то, что чем популярнее сон, тем стабильнее сновидение.

— Да, — кивнул я.

— А с рангами сна?

— Ну, — замялся я. — Они вроде как растут, чем дольше ты видишь сны. Тем они сильнее. И как-то взаимосвязаны с рангами.

— Для низких рангов так и есть, — кивнула Мэйси, не поднимая взгляда. Ей явно не нравился этот разговор.

— Примерно до уровня магистра — да, — согласился Йозеф. Ранг сна, это глобально его сила и стабильность. Примерно до мастера все зависит от ловца. Но чем дальше, тем сложнее поднять ранг своего сна. И тогда его начинают укреплять чужими эмоциями.

— Это как? — не понял я.

— Помнишь, — начала Мэйси, — когда мы проходили испытание, попали в сон того имперца?

— Ну.

— Помнишь, что было изображено на громадной картине там?

— Император, — отвечал я, пока на меня смотрели, как на слабоумного.

— И как он выглядел? — вкрадчиво спросила Мэйси.

— Да я откуда знаю? Он же в маске был какой-то с василиском.

— Вот именно. Маску нарисовал художник. И так он выглядит на всех картинах. Потому что маску можно передать следующему императору, а лицо — нельзя. Понимаешь?

— Да, но кажется нет.

— Смотри, — Йозеф наклонился чуть ближе. — Допустим, есть король-бог или император. На всех картинах они в масках. Или еще проще, есть Смерть. Как выглядит Смерть? Как серый плащ из языков пламени с маской из того же пламени и пахнет пеплом. И если кому-то снится Смерть, который из Длани, то он видит именно этот образ, понимаешь? Тысячи людей боятся Смерти и видят маску серого пламени в своих снах.

— И сон самого Смерти становится крепче, — понял я. — Стабильней. Они видят его сон и делают его сильней.

— Именно, — хлопнул в ладоши Йозеф. — И когда Смерть уйдет в отставку, другой наденет маску из пламени и станет Смертью. И его сон усилится.