Дихронавты
- Автор: Иган Грег
- Язык: русский
- Переводчик: Voyual
- Жанр: Космическая фантастика
Электронная книга - «Дихронавты». Краткое содержание книги:
Сэт – топограф на пару с Тео – похожим на пиявку существом, которое живет у него в голове и помогает видеть то, что находится слева и справа. Тео, в свою очередь, полагается на Сэта в плане передвижения, а также переднего и заднего зрения. Как и все обитатели их мира, они представляют собой пару симбионтов, которые зависят друг от друга в вопросах выживания.
Во вселенной, где находится мир Сэта, свет не может распространяться в произвольном направлении: направления на север и восток заняты «темновым конусом». Сэт может смотреть только на восток (а если запрокинет голову, то еще и на запад), а при попытке повернуться к северу или югу его тело начинает растягиваться. Повернуться лицом на северо-восток – задача настолько же невозможная, как разгон до скорости света.
Живые существа, населяющие мир Сэта, пребывают в состоянии непрекращающейся миграции, которая следует за смещающейся орбитой Солнца и созданной им узкой обитаемой зоной. Города постоянно демонтируют с одной стороны и воссоздают с другой, а топографы тем временем составляют карты будущих безопасных маршрутов.
Вступив в ряды экспедиции к границам обитаемой зоны, Сэт и Тео сталкиваются с леденящей душу угрозой – разломом на поверхности их мира, настолько широким, что никому не под силу даже оценить его размеры. Обитаемая зона тем временем продолжает смещаться, и вскоре миграция будет остановлена непреодолимой пропастью. Чтобы спасти свой город, участникам экспедиции остается лишь одно – погрузиться в пучины неизвестности.
– Вот, значит, что решило нашу судьбу, – сказал в ответ Тео. – Длина веревки.
– Нет, но я прорабатывал несколько возможных сценариев. Если нас вынесет к ваттам, и поблизости будут расти деревья, то нам, возможно, удастся зацепиться за них веревкой и вытянуть себя на сушу.
Сэт рассмеялся. – А если мы окажемся на многолюдном рынке – при том, что у нас совсем нет денег, а если бы даже и были, то никакого толку из них, скорее всего бы ни вышло – то, наверное, сможем обменять свои теодолиты на нужные нам веревки, пищу и осевые ходули.
Тео погрузился в молчание. – Но ты все-таки прав, – немного погодя, добавил Сэт. – нам стоит проработать возможные варианты. – Он попытался продолжить начатую игру. – Если окажемся на льду, то, возможно, сумеем перетащить по нему секции лодки. Нет нужды арканить деревья, если можно просто скользить.
– Впереди течение меняется, – вслух сообщил Тео. – Я это слышу.
Николас не был так уверен, но спустя минуту или две согласился с Тео. А затем перемену уловил и слух самого Сэта – новое, неистовое шипение воды у них над головой, прорезавшее шум ветра и скрип лодки.
Если уклон менялся не так сильно, то, оказавшись под углом, большим сорока пяти градусов, река бы до некоторого момента продолжила течь вверх просто за счет накопленного импульса. Но затем, исчерпав свой лимит, излилась обратно на склон, претерпевая, надо полагать, довольно бурную метаморфозу. В лучшем случае они могли надеяться на еще одну широкую затопленную террасу, где вода будет достаточно глубока, чтобы не дать им разбиться о камни.
Потянувшись вверх, Сэт ухватился за ручку с правой стороны отсека, но не смог проделать того же с левой из-за навалившегося на него веса. Он задумался, не лучше ли было бы отпустить обе руки и позволить течению выкинуть себя из лодки. Сколько еще изгибов реки им удастся пережить? И даже если группе повезет оказаться на суше, они умрут голодной смертью прежде, чем доберутся до корзины.
Но он был не вправе отнимать жизнь Тео, и задумавшись о поисках оправдания такому поступку, сразу же лишил его всей привлекательности. Если наступит момент, когда он сможет честно заявить самому себе, что у них больше не осталось надежды, тогда-то он и выскажет свои доводы вслух, но никак не раньше.
К этому моменту шипение заглушило все остальные звуки. Когда Сэт попытался представить источник шума, в его сознании возник не образ воды, бьющейся о воду или скалы, а картина водяных брызг в воздухе. – Стоит ли мне забраться наверх лодки, чтобы проверить, сможешь ли ты просканировать местность на юге? – спросил он Тео.
– А если бы мог, наш план бы как-то поменялся?
– Насколько я понимаю, нет.
– Значит, риск того не стоит.
Шипение достигло оглушительной громкости, и вскоре от него стало больно ушам. Мышцы Сэта застыли, прижав его тело к корпусу лодки. Мысль о том, чтобы осознанно спасовать перед лицом смерти, ушла, но риск разделить ту же участь не по собственной воле еще никогда не казался настолько материальным.
Что-то забарабанило по верхней части лодки; Сэт ощутил вибрации еще до того, как удары достигли порога слышимости. Выставив руку с северной стороны, он почувствовал бьющиеся о его кожу холодные, крупные капли: часть речного потока, пройдя через то, что ждало их впереди, возвращалась обратно в виде дождя.
– Уже скоро, – спокойно сообщил Тео. Сэт вспомнил свое последнее, бездыханное погружение и начал совершать осознанные вдохи и выдохи, заставляя себя сосредоточиться на определенном ритме в надежде, что не собьется с него даже в состоянии шока. Он представил Андрея с Николасом и Аду с ее безмолвным пассажиром, съежившихся в темных отсеках лодки – а затем подумал о Саре с Джудит и Райне с Аминой, которые в его мыслях взбирались по склону к дожидавшейся их корзине аэростата. Если ему грозила неминуемая смерть, то уйти он предпочел бы именно так: с верой в то, что его друзья выживут, с пониманием их общей истории.
– Помнишь, как мы восхищались Райной и Аминой просто за то, что они побывали в парниках?
– Да. – Но Тео бы не позволил себя отвлечь. – Будь готов, – строго заметил он.
– К чему?
– К чему угодно.
Корпус застонал, а затем что-то оторвалось и разлетелось вдребезги. Вес Сэта будто испарился; он невольно вскрикнул и начал вопить, хватая ртом воздух – но падение продолжалось так долго, что он успел восстановиться и не только взять под контроль собственное дыхание, но и почувствовать ручку и покрепче за нее ухватиться.
Затем северная стенка отсека ударилась о его бок, и Сэт погрузился в холодную воду. Правое плечо пылало от боли из-за судорожных толчков лодки, изрыгавшей последние запасы воздуха, но Сэт, несмотря ни на что, продолжал держаться за ручку – благодаря не столько осознанному усилию воли, сколько инстинктивному нежеланию покидать свое убежище.