Как защитить диплом от хищников

И именно этот момент выбрал братец, чтобы прийти.

– Вы опять?! – и столько возмущения было в голосе Дюка, что я усовестилась. А потом ещё раз, когда оправдывалась перед братцем, что зря его побеспокоила.

А все потому, что Крис настоял: я еду к нему. И точка. А я… согласилась. Братец ничего на это не сказал, но та-а-ак посмотрел на вампира, словно мерку на гроб снял.

Уже садясь в машину Смерча, я вспомнила, что квартира его, кажется, слегка не прибрана… После моего разгрома.

Но вампир заверил, что там, стараниями фирмы по уборке, ныне чистота и порядок. И я смогла убедиться в этом спустя полчаса. Порядок был идеальным. Особенно в гостиной. Потому что там, кроме стен, ничего не было. Все поломанные, разбитые вещи вынесли. А если учесть, что разнесли мы с Крисом тогда все, то ничего удивительного.

Мебель оказалась только на кухне и в нескольких комнатах.

– Вот, - показывая мне одну из них, произнёс Смерч. - Располагайся. Я буду в соседней. Извини, что так… Но я просто не мог отпустить тебя. Я хочу быть с тобой рядом.

– Насколько рядом? – Я провокационно приподняла бровь.

– Как можно ближе… – хрипло признался он, сглотнув.

Не знаю, кто первый потянулся за поцелуем. Крис был осторожен, боясь сделать мне больно, навредить после недавнего ранения… Вот только мне было мало. Одних его губ. Только рук. Я хотела его всего и сразу…

Мой судорожный вздох. И я ощутила его прикосновение… Каждое. Скольжение его губ по моим губам, его рук – по моему телу, языка – по оголенной коже. Это была безумная, сладкая пытка, от которой трясло нас обоих.

Чуткие мужские пальцы, что, нежно лаская, сжали мою грудь, заставляя застонать от удовольствия, выгнуться им навстречу.

Смерч тяжело вздохнул и осторожно уложил меня на простыни кровати, накрывая собой. Одежда осталась на полу. Но сейчас были обнажены не только наши тела, но и наши души.

Без слов мы признавались друг другу в самом сокровенном.

Поцелуи. Много поцелуев. Прикусывая губы, дразня языком и вновь целуя. На грани безумия. И уже не нежно, а жадно, дико, неистово. Словно мы оба отпустили цепи, которыми все это время сдерживали сами себя.

Я застонала. Руки сами легли на широкие мужские плечи. Ладони скользнули по его спине, чувствуя рубцы свежих и застарелых шрамов на лопатках, ребрах. Основание крыльев, с которых хоть и сняли бинты, но убирать еще не разрешили. И я этим воспользовалась, подушечками пальцев выводя замысловатые узоры на бархате перепонок. И от этих прикосновений тело Криса напряглось, ещё четче обозначился рельеф мышц на спине, а сам вампир хрипло, тяжело задышал.

Мои пальцы спустились ещё ниже, к ямочкам на пояснице. И снова поднялись наверх, оставляя после себя царапины ногтей.