Дневник. 1956-1959

Около 12 час. мне позвонил из «Сов[етской] Р[оссии]» Владимирский и предложил приехать — смотреть сигнальный экземпляр. Я быстро собрался и приехал туда. Худ[ожественный] редакт[ор] Таирова раздобыла мне его. Конечно, я не испытал того восторга, который когда-то пережил при взгляде на первое издание. И годы не те, и чувства не те, и много раз уже держал я в руке новые книги.

Книга получилась нарядная, но на мой взгляд слишком маркая, белая, Краски на рисунках вышли неважно — ненатуральные, блеклые. Тотошка то серый, то зеленоватый, то коричневый, а должен быть черным. В следующем заводе (101 000–300 000) обещают улучшить качество красок и переплета.

Впервые за долгие годы моей писательской практики появление сигнального экземпляра книги было отмечено небольшим торжеством. Меня пригласили в комнату медкома, и там была распита бутылка шампанского и провозглашены тосты за мое дальнейшее сотрудничество с издательством. Это было трогательно, о чем я и сказал в немногих словах.

Еще до этого в отдельном разговоре с Новиковым я сказал ему о работе над книгой сказок, вкратце изложил сюжеты и спросил им или Детгизу предложить эту книгу.

— Нам и только нам! — с жаром заявил Н[овиков].

После этого я побывал в «М[осковского] Р[абочего]» и сдал в машбюро на перепечатку «Чудесные пилюли».