Хранитель рода государева 5

— Сергей Михайлович. Сергей Михайлович. — услышал я знакомый голос, когда уже выходил из поместья.

Обернувшись, увидел спешащего ко мне Ламсдорфа. Граф весь раскраснелся и было видно, что сейчас находится не в лучшей форме. Даже думать не хочу, что могло довести до подобного состояния того здоровяка, что принимал у меня экзамен на пятый ранг. К тому же физика.

С нашей последней встречи он изрядно похудел и осунулся. Словно это не я всё это время постоянно сражался, спасал людей, предотвращал заговоры и всячески старался остаться в живых, а он.

— Благодарю вас князь, что вы остановились. Уже все ноги стоптал в ваших поисках.

— Какими судьбами вы здесь? — спросил я, протягивая руку, которую тут же зажали в тисках.

Вид потрёпанный, а сила никуда не делась.

— Я прибыл несколько часов назад выразить свои соболезнования и поддержку цесаревичу Алексею. Лично от рода Ламсдорфов и от всей Польши.

— Хотите сказать, что вы можете говорить от имени всего государства? — реально удивился я.

На моём экзамене он говорил, что его род бежал с родины из-за политических гонений, а теперь уже говорит от лица всего государства.

— От имени той его части, что решила противиться заокеанским захватчикам. А таких в нашей стране оказалось большинство. Правительство было свергнуто и выбрано новое.

— Которое возглавил ваш род. — договорил я за графа.

Сложить один плюс один было несложно.

— Вы абсолютно правы, но сейчас не об этом. Меня отправил отыскать вас Алексей Николаевич. Ему срочно нужно с вами переговорить.

Вот же! Забыл, что и сам хотел с ним переговорить. А цесаревич, молодец. Он не приказал мне прийти к нему, а то мог бы и по шапке за подобное получить.

— Читер иди к Эрджан и скажи, что я ещё немного задержусь. Заодно у тех, кто готовит для нас свободный коридор будет больше времени. Видите Иннокентий Викторович.

Пока шли, парень немного успел рассказать о событиях, что развернулись в Польше после активного шевеления войск Май.

В отличие от множества других стран, где краснокожие сразу же перешли к активным действиям. В Польше они сперва вели себя довольно мирно и всё это благодаря базе, что была отдана империи. Хоть она ещё не была до конца готова, но уже имела достаточно внушительный контингент имперских войск.

А как все поняли, индейцы пока не рискуют связываться с Российской империей и Китаем. Вот и там они не рискнули нападать, чем бы непременно вызвали ответную реакцию со стороны наших войск.

Индейцы начали свою излюбленную тактику. Подкуп и шантаж. Подкупали они местные власти, которые охотно шли с ним на контакт. И когда президент выступил с обращением к народу, в котором называл Майя лучшими друзьями и просил не чинить им препятствий, этот самый народ взорвался.

— Это была настоящая революция мой друг. Большая часть страны находится под нашим контролем. И мы постепенно тесним верных прошлому правительству людей. А вместе с ними и войска индейцев. Они пока ещё не вступили в прямой контакт. Видимо, опасаются, что имперцы не останутся в стороне в этом случае.