Игрок
- Автор: Коул Кресли
- Серия: Мастер игры #3
- Язык: русский
- Переводчик: Елена Зеленевская
- Жанр: Романы для взрослых
Электронная книга - «Игрок». Краткое содержание книги:
В Городе Греха Дмитрий Севастьянов находит её — Викторию Валентайн — сексуальную, беззащитную девушку, нуждающуюся в опёке. Одержимость глубоко пускает в него свои корни. Несмотря на прошлое, полное жестокости и предательств, он не остановится ни перед чем, чтобы обладать ею.
Мошенница, которой нечего терять…
Двадцатитрёхлетняя Виктория (по прозвищу Вайс) из старинной династии шулеров должна сорвать немыслимый куш, чтобы обезопасить своих близких. Её взгляд падает на прекрасного и богатого Дмитрия Севастьянова. Играя с телом и разумом, неотразимый русский пленяет её сердце.
Любовь — абсолютный козырь
Когда Вайс и её сообщники вынуждают Дмитрия к поспешной женитьбе в Вегасе, он отказывается обезопасить себя и заключить брачный контракт, полностью доверяя ей во всём. Но может ли и она ему верить? По мере раскрытия тайн новобрачные проводят дни в сомнениях, а ночи — в самых безумных наслаждениях. Но как только Вайс узнает, что было в прошлом её мужа — останется ли она рядом, чтобы побороться за брак, или бесследно исчезнет?
О, боже.
— Тогда Орлов его избил? Потому что брат попытался тебя защитить?
Дмитрий кивнул.
— Орлов исполосовал его спину и на несколько месяцев запер в подвале.
Я даже и не подозревала об ужасном прошлом Максима. Сейчас он выглядел уверенным человеком, который находится в мире с собой и с Люсией.
— Как же вы сбежали? Орлова взяли под стражу?
— Нет, он… умер. За нас стала отвечать пожилая женщина, но заботился обо мне Максим, и мне стало лучше. Так, по крайней мере, казалось до подросткового возраста. — Он потёр ладонью лицо. — Чувствуя сексуальное удовольствие, я начинал отключаться. Я сопротивлялся всеми силами, но не мог ничего поделать. После секса я ничего не помнил. Это делало бессмысленным сам акт, и с каждым разом уплывать становилось всё легче.
Теперь я лучше понимала то, что случилось в нашу первую брачную ночь. Он боялся, что потеряет контроль.
— Ты обращался за помощью?
Он оскалился.
— Я перепробовал всё. Любую существующую терапию. Годами я изучал суть своей проблемы и как мне с этим жить, но диссоциации продолжались. Каждый день я чувствовал себя обворованным; каждый день я вспоминал, что ущербен. С прошлым я бы мог разобраться, но настоящее всякий раз добавляло свежую боль.
Я даже представить не могла, что это значит — десятилетиями жить с открытой раной.
— Рассуждая логически, я пришёл к выводу, что однажды я уже не вернусь. Мне было двадцать пять, когда я решил, что не смогу быть ни с кем в отношениях. А значит, Орлов на мне оставил свой знак, именно он смеялся последним. Это меня просто взбесило. Много лет я не чувствовал ничего, кроме гнева. В каком-то роде я был невольно ему верен, и придумал, как сбросить проклятие этого монстра навсегда, — он потёр шрам.
Самоубийство. Кульминация ужаса, жестокости и боли.
— После того, как Максим вмешался, он заставил меня лечь в клинику. Врач предложил таблетки, которые помогали бы мне оставаться в реальности, однако у них был один побочный эффект. Они убивали либидо. У меня был выбор. Вменяемость и воздержание или безумие и секс. Таблетки и отсутствие секса позволили мне сконцентрироваться на работе. Таким образом я прожил несколько лет.
— Когда последний раз ты был с кем-то до меня?
— Довольно давно.
Я видела, как он не хотел распространяться на эту тему.
— Насколько давно?
— Прошло несколько лет.
— Сколько именно?
Он расправил плечи.
— Я полностью воздерживался восемь лет.
Я ничем не выдала изумления. Это многое объясняло в его поведении, начиная от нашего первого вечера… удивление на его лице, когда он изучал моё тело в туалете пентхауса.
Не говоря уж о том, с каким странным энтузиазмом его родные восприняли его интерес ко мне.
— Большую часть времени я работал, — сказал он, как бы оправдываясь. — И я страдал не в одиночку; Максим воевал с собственными призраками. Его спина была покрыта шрамами, и после того, что он вытерпел в том подвале, он не выносил чужих прикосновений.
Неудивительно, что самые длительные отношения у Максима длились всего час.
— Брат был покрыт шрамами снаружи так же, как я — изнутри. Я решил, что мы оба останемся такими навсегда, не желая иметь ничего общего с Алексом, вдвоём несущие эту ношу.
— А потом он встретил Люсию, — пробормотала я. Дмитрий говорил, что ему была ненавистна сама мысль о ней. — И ты вновь почувствовал себя преданным.
Он со свистом втянул воздух.
— Да.
Я накрыла его руку своей.
— Это нормально. Я чувствовала бы то же самое. И любой на твоём месте.
— Я был так в нём разочарован. — Под моей ладонью рука Дмитрия сжалась в кулак. — Мы с ним ставили разум и логику превыше всего, но он поклялся, что чувствует с ней связь, которую невозможно было объяснить ничем рациональным. Мой безжалостный циничный брат начал нести какую-то чушь о грёбанных родственных душах.
Всё как рассказывали Натали, Люсия и Джесс.
— Я смеялся над Максимом, решив, что он стал таким же безумным, как я. Но когда он ради Люсии рискнул своей жизнью, я понял, что он и правда в это верил. А я — по-прежнему нет.
Чёрствая часть меня тоже относилась к этому скептически, но пример моих родителей…
— Максим мог почему-то выносить только её прикосновения. Он мог проспать всю ночь напролёт, обнимая эту девушку. Он смеялся. Даже помирился с Алексом. — Голос Дмитрия погрубел. — С момента его свадьбы я ещё никогда не чувствовал себя так одиноко.
Я вспомнила, как Дмитрий стоял в одиночестве на террасе, устремив взгляд на луну. Люсия сказала, что он по натуре волк-одиночка. И как это бывает с чудищами в сказках, Дмитрий вовсе не хотел таким быть.