За золотом Нестора Махна

Он дружит со всеми, у кого только может достать денег, даже с беляками, хотя белые — его первые друзья.

Аршинов живет помаленьку, шьет ботинки и так перебивается, я уже, кажется, тебе писал. За дедушку ты пишешь, что, наверное, это Волин. Конечно он, но я только так тебе написал. Вижу его мало, за все время видел раз-два, потому что он живет где-то за Парижем. Он уже хорошо говорит по-французски, служит в какой-то фирме представителем, т. е. агентом. У него семья, кажется, в 12 душ, все стругает и стругает, хотя черт уже и старый, кажется, есть уже двое или трое детей, которые тоже работают.

За Хмару ничего не знаю, ты же там от его родных недалеко, можешь узнать. В последнее время он же был в Польше и все время переписывался с Галиной, и она никому ничего не говорила, а может быть он где-нибудь здесь, но я не знаю. Костя Кравченко здесь во Франции, но ни разу с ним не встречался. Много тут есть хлопцев, которые были с нами… Встретил один раз адъютанта Махно, который сначала нам, а потом мы ему чертей давали, его звали Алешка, он немного косой. Я его как увижу, а вижу часто, сразу и кричу: «Эй, ты, адъютант!» Так он и сейчас это не отрицает. И еще он мне рассказывал, как Костя бил тут, в Париже, одного украинца из Бердычева. Видел тут Лохвицкого, может, помнишь, большой человек, черные усы.

Пару писем получил от Липковского, помнишь, он нам признался в последний раз, кто он такой. Мы его звали французом, он сейчас в Швейцарии.

Получил письмо еще от одного нашего, он в Румынии остался, а сейчас в Америке, его зовут Греком. Последний раз он был у Тарановского за холуя. Ты не знаешь адреса Данилова? Два раза я доставал его адрес, писал по три раза, но ответа не могу получить. После убийства Петлюры все порвалось с Румынией. Он женился, не знаю, как ее зовут, но я тебе напомню. Помнишь, в лагере Орадио-Марз Хмара на нее стрелял глазами? Так вот, на этой. Хролька тоже женат, хотя и оставил одну дома. Ну, наверное, достаточно, а то я зашел очень далеко.