Государство Волжская Болгария: историко-правовой очерк [litres]

5. Кияс (суждение по аналогии с тем, что уже имеется в сахаба (табиун) в тех областях, где четкое доказательство отсутствовало во всех вышеупомянутых источниках. Он считал себя равным табиунам и формулировал свой собственный иджтихад на основе принципов кийяса, установленных им самим и его учениками.

6. Истихсан (предпочтение противоречащего киясу, но более целесообразного в данной ситуации решения). Термин истихсан означает предпочтение одного доказательства другому в силу того, что первое видится более подходящим для конкретной ситуации, даже если предпочитаемое доказательство будет технически слабее, чем то, которому его предпочли. Один из возможных примеров – предпочтение какого-либо хадиса, имеющего конкретный смысл, другому, имеющему общий смысл, или же даже предпочтение нормы, более подходящей для конкретной ситуации, той, которая была выведена методом кияс.

7. Урф (местный обычай) – местным обычаям придавалась более значительная правовая весомость там, где исламом не предписывалось никаких обязательных правил.

Один из методов вынесения правовых решений в ханафитском мазхабе – четкая иерархия вердиктов авторитетов школы (Абу Ханифа, Абу Юсуф, Мухаммад аш-Шайбани и др.). Если по какой-либо проблеме возможно применение как кияса, так и истихсана, то в большинстве случаев приоритет отдается истихсану.

В случае необходимости выбора из имеющихся различающихся предписаний приоритет отдается наиболее убедительному или мнению большинства. Слабые и сомнительные хадисы используются в качестве аргумента лишь в исключительных случаях. В основном отдается предпочтение над ними истихсану[235].

К концу Х в. мусульманское право канонизировалось, и «ворота исканий» для его исследователей и реформаторов закрылись. Наступил «век традиций», период действий согласно установившимся правовым нормам и доктринам. Мусульманские судьи лишились права при отсутствии в Коране, сунне и других источниках нужных норм выносить решения по своему усмотрению. Они должны были руководствоваться принятым населением страны толком. К XIII в. мусульманское право практически утратило свою целостность и стало правом полидоктринальным, разделенным на разные ветви. Обязанность придерживаться конкретной юридической школы обеспечивалась государством, его правовой политикой[236].

Ислам в Волжской Болгарии так и не стал в полном объеме государственной религией. Каноны ислама придерживались небольшая часть представителей публичной власти государства и городского населения. болгарского населения. Большинство 95–97 % населения государства исповедовало этноязыческую религию, и только городская часть населения (3 %) придерживалась исламских традиций. Получается, что где-то 100–120 тыс. человек в Волжской Болгарии могли себе причислить к мусульманам.