Не та девушка

Следующий день стал подлинным испытанием: предстояло отправиться в гости к миссис Браун и столкнуться разом со всеми ее гостями, каждый из которых вызывал в моей душе весьма сильные чувства. И пусть больше всего я должна была переживать из-за миссис Дарем, однако… оказалось, что все мои мысли занимал Джулиан Кин и мое желание разорвать наш еще не успевший начаться роман.

Пора было объясниться… В том числе из-за того, что я начала подозревать — очень скоро мне снова придется заявить права на свое имя как единственной наследнице моего отца. И если мои зарождающиеся отношения с мистером Кином к тому моменту еще будут существовать, у молодого актера могут возникнуть некие неудобные иллюзии.

Одно дело — расстаться с бедной бесприданницей, сиротой, но когда речь заходит о графине, одной из богатейших невест Айнвара, все резко меняется. Пусть Джулиан и казался человеком искренним, чистосердечным и совершенно невинным… Я не хотела подвергать его такому сильному соблазну, не желала разочаровываться в самом прекрасном человеке, какого мне только довелось знать.

За обедом приходилось смотреть на капитана Дарема и его жену, высматривать в них какие-то приметы, которые помогли бы найти ответы на многочисленные вопросы: почему они поженились, как именно миссис Дарем удалось взять под контроль мужа, что именно она планирует делать… И, главное, собирается ли она убить меня.

Да, на брата и невестку викария смотреть приходилось, но вот хотелось не сводить взгляда с Джулиана, который, уж не знаю почему, выбрал рубашку в тон глазам, и стал… еще привлекательней. Хотя, кажется, куда уж?!

Клянусь, на него то и дело зачарованно глядела и миссис Мидуэл, и даже миссис Дарем. Если бы за обедом присутствовал викарий, он наверняка и перекрестил бы мистера Кина, и окропил святой водой. Потому что такая красота действительно уникальна для простых людей.

И все равно после окончания обеда я собралась с духом и попросила мистера Кина прогуляться со мной по саду. Ничего не подозревающий юноша, разумеется, согласился, не ожидая никакого подвоха. Мое сердце буквально разрывалось от боли — и, кажется, это не было метафорой. В груди и правда ныло.

Когда мы зашли под раскидистую старую яблоню, мне удалось произнес то, что я не желала говорить вслух.

— Вы очень хороший человек, мистер Кин, однако… Однако люди уже начали говорить, что мы с вами слишком близки для обычных друзей.

Это были самые тяжелые мои слова.

— Боюсь, нам с вами лучше не видеться наедине больше…

Сказать откровенно и прямо то, что я должна была произнести, оказалось просто невозможно, однако мистер Кин понял меня и так.

— Мне нельзя вас любить, ведь так, мисс Бет? — тихо спросил Джулиан.

Его ладонь скользнула по моим пальцам — словно дуновение ветра, неуловимое, едва ощутимое.

Я поймала его взгляд и почувствовала себя настоящим ничтожеством, которое предстало перед вечностью, не в силах оценить ее. Потому что та любовь, которая тихим теплым светом озаряла лицо мистера Кина, — и была вечностью.