Сочинения в четырех томах. Том 4

Химические компоненты антиурожайности (замедлители роста, гербициды, дефолианты).

Средства ведения биологической войны, равно как и войны химической, различаются по своим свойствам; в зависимости от избираемого для ведения боевых действий вещества достигается та или иная степень поражения противника: это может быть, скажем, временная недееспособность с незначительными побочными эффектами или серьезные заболевания с многочисленными смертельными исходами. Помимо чисто научной классификации, вещества, используемые как средства ведения биологической войны и войны химической, отличаются друг от друга и другими характеристиками. Инкубационный период при применении биологического оружия равен дням, иногда неделям». (Франклин оторвался от бумаг: «Вы понимаете, что я имел в виду, когда говорил об Олимпии?») «Это вещества замедленного действия, в то время как химическое оружие поражает в течение нескольких секунд может оно действовать и в течение нескольких часов. Химические вещества легче обнаружить, нежели биологические, и в случае обнаружения последних часто не остается времени для принятия каких-либо мер». (Франклин снова обвел всех взглядом.) «Теоретически биологическое оружие более опасно, чем химическое, хотя оно и не столь эффективно на открытом пространстве, в зависимости от времени дня, степени освещенности оно может утрачивать некоторые свои свойства». — Франклин сделал паузу. Его палец скользнул вниз по странице. Затем здесь говорится о биологических средствах ведения боевых действий против противника: сибирская язва, тиф, оспа, ботулизм и тому подобное. Да, — палец его остановился, — вот пожалуйста: «Биологические вещества, которые могут быть использованы для поражения домашнего скота:

Бактерии: сибирская язва, три вида бруцеллы и сапа в комбинации.

Вирусы: ящур, чума рогатого скота, лихорадка, везикулярный стоматит, пузырчатая экзема, холера свиней, африканская чума свиней, чума птиц, болезнь Ньюкасла и лошадиный энцефаломиелит». — Франклин, словно извиняясь, поднял глаза от текста. — Прошу прощения за всю эту труднопроизносимую терминологию, но осталось еще немножко. Далее здесь говорится о биологических отравляющих веществах, применяемых для уничтожения урожая; эти вещества, как здесь написано, используются В качестве экономического оружия. Полагаю, что Блофелд в эту схему вписывается идеально. Затем приводится целый список: болеет картофель — засыхает ботва, могут быть поражены стебли зерновых культур, колосья овса, листья сахарной свеклы, гниют горчичные культуры, тот же картофель; или вызывают нашествия насекомых, таких, например, как колорадский жук или нечто под названием гигантская африканская сухопутная улитка. Все это пока нам, наверное, не страшно. Пишут тут и о «химических веществах, применяемых для уничтожения урожая». Но об этом, я думаю, нам тоже не нужно волноваться, так как эти вещества распыляются с самолетов, средства сильные, чертовски опасны. Так, теперь еще кое-что по данному вопросу. — Палец Франклина остановился на следующей странице. — «Природа биологического оружия такова, что дает возможность использования его для скрытых или тайных операций. То, что эти вещества находятся в сильно концентрированной форме, их нельзя обнаружить по запаху, то, что они не сразу воздействуют на жертвы, позволяет спокойно размещать их в достаточном количестве в вентиляционных системах зданий, в воде, на складах продовольствия, а также в других местах, они мгновенно распространяются в крупных населенных пунктах». — Франклин сделал паузу. — А это уже имеет к нам прямое отношение. Помните, я говорил о животноводческих ярмарках, выставках и тому подобном? После такой выставки вирус разносится экспонатами по всей стране. — Он опять обратился к брошюре. — Вот послушайте дальше: «Важным фактором является то, что зона поражения в случае применения биологического оружия значительно превышает по площади зону применения химического оружия. Проведенными исследованиями установлено, что биологическим оружием можно поражать территории в тысячи квадратных миль». — Франклин постучал пальцем по столу. — Нет, каково, а, джентльмены? Мы ведем разговоры о новых отравляющих веществах, о нервно-паралитических газах, которые во время войны изобрели немцы. Мы принимаем меры и контрмеры против радиации и атомной бомбы. А здесь говорится о «тысячах квадратных миль». И об этом заявляет Комитет сената США. Ну, сколько там тысяч квадратных миль на территории Соединенного Королевства и Северной Ирландии, джентльмены? — Он обвел присутствующих внимательным, печальным, без тени юмора взглядом, он прямо взглянул в лицо этим трем высшим офицерам Секретной службы. — А я скажу вам. Этот маленький атолл, на котором мы живем, занимает территорию чуть больше ста тысяч квадратных миль, включая всю Ирландию. — Его потухшие глаза немного оживились. — Теперь я прочту вам последний параграф, и затем, вероятно, — в глазах вновь появилась смешинка, — вы поймете, почему я так разгорячился, хотя, казалось, на дворе такой чудесный праздник единения всех людей. Послушайте, что говорится в разделе «Меры защиты». Итак: «Защита от биологического оружия затруднена; трудности связаны прежде всего со своевременным обнаружением отравляющих веществ, именно в этом уникальность этого вида оружия». (Франклин перевел дыхание и улыбнулся: «Стиль изложения явно хромает, могли бы и подредактировать немного».) «Эти биологические вещества нельзя увидеть, распознать по запаху или определить какими-либо другими физическими методами. До сих пор не разработано никакого способа их быстрого распознания и идентификации». — Франклин бросил брошюру на стол. Он вдруг улыбнулся широкой счастливой улыбкой. Протянул руку за своей крошечной отполированной трубочкой и стал ее набивать. — Вот и все, джентльмены. Мои доводы исчерпаны.