Испытание Терний [ЛП]

Вернувшись в наш лагерь, я приземляюсь на задницу, чувствуя себя выжатым как лимон.

— Так ты получила эту свою силу? — в горле пересохло, и голос звучит хрипло. — Это существо… чем бы оно ни было… Ты… — я тру глаза кулаком. — Как?..

Я знаю, что этот монстр пытался меня одурачить. Навеял чары, чтобы я пошёл прямо в его ловушку. Но его слова почему-то застряли в моей голове, и я теперь не могу перестать об этом думать.

Он сказал правду. Я знаю это. Глубоко внутри я верю, что так оно и было.

Если бы я знал. Если бы я только знал.

Мои собственные слова. Отчаянная мольба, которую столь великодушно показали мне Чёрные врата. Умирая — жестокой, насильственной, полной чувства вины и сожалений смертью, — я повторял снова и снова: «Если бы я только знал».

Рубиновый колодец намекал на это.

Загадка Сфинкса намекала на это.

Чёрные врата намекали на это.

Я упускаю из виду нечто очень важное — то, что я должен знать, иначе это меня погубит. И вот я смотрю в тусклые глаза Кейлин, неожиданно засиявшие силой, которую никто от неё не ожидал, и знаю, что у неё есть ответ.

— Расскажи мне, — рычу я.

— Нет.

— Клянусь, Кейлин, я… — сжимаю кулаки, готовый к нападению, готовый сделать всё, что в моих силах, чтобы выбить из неё эту информацию. Потому что всё внутри меня кричит о том, что моя жизнь зависит от этой правды.

Она резко, почти отчаянно, втягивает воздух, её рот раскрывается, а глаза распахиваются от шока. Моргаю, сбитый с толку её реакцией. Что такого я…

— Ой, — вся ярость испаряется, как воздух из сдувшегося шарика.

Я сказал её имя вслух.

Назови меня по имени, перед тем как убьёшь.

Волна сожаления обрушивается на меня, вся решимость рассеивается в одно мгновение. Я снова падаю на задницу, не имея ни сил, ни желания удерживать даже свой собственный вес. Она ничего не говорит и вообще не двигается. Готов поклясться, её тени блокируют звуки даже от нас самих.

Делаю глубокий вдох. Это всё ещё очень важно. Я не могу позволить ей отвлечь меня, переключить на другую тему.

— Ты заключила сделку с той тварью в пещере, чтобы получить силу, — это всё, что мне известно наверняка. Я мог бы выстроить ещё несколько предположений, но лучше не буду. Я хочу знать правду.

— Рев, поверь мне, ты не хочешь этого знать.

Стискиваю зубы.

— Знаешь, что показали мне Чёрные врата?

— Тебе не нужно…

— Плевать, — перебиваю её. — Моя смерть была хаотичной и болезненной. Но мне плевать на это. Я всё время слышал одну и ту же фразу. Собственные мысли на пороге смерти, так ты вроде говорила, да?

Она садится на камень, лицом ко мне, и медленно кивает.

— «Если бы я только знал», — делаю паузу, глядя на свои руки. — Вот что я слышал. Вот, о чём я думал, умирая. «Если бы я только знал». Но это не было просто случайной фразой, напевом или скандированием. Это был крик, мощный и… отчаянный. Это был ор, повторяющийся снова и снова. Чёрные врата очень чётко обозначили, насколько важны эти слова. Вопрос жизни и смерти. Так что можешь сколько угодно повторять, что я не хочу этого знать, но само испытание говорит мне обратное. Рубиновый колодец каким-то образом залез мне в голову, чтобы я загадал правду. Чёрные врата показали мне, как я пожалею, если не узнаю чего-то перед своей смертью. Даже ответом на загадку была правда. И я уверен, больше, чем в чём-либо ещё, что та самая правда, которая мне нужна, есть у тебя. Ты хранишь её. Я знаю, что это так.