Гром над Империей. Часть 2

Снова усевшись, я потянулся к ноздреватому жёлтому сыру, размышляя, пристроить ли лакомый кусочек на хлеб с маслом или есть вприкуску.

Во взглядах Марины и Виттории отражалась гамма противоречивых чувств: обида, что я даже не попытался их удержать, острое сожаление, что они не оправдали надежд своих семей, и грусть от понимания, что сейчас поставлена точка во всех наших отношениях. Так и не дождавшись больше от меня никаких дополнительных слов прощания, девушки оглядели остальных, но не смогли ничего сказать, резко развернулись и практически выбежали из дома. На какое-то мгновение меня охватила грусть, но это быстро прошло. Они сделали свой выбор, и я с ним согласен. Лучше сейчас, чем потом, когда их слабость поставит под удар остальных. И хорошо, что между нами ничего не произошло, иначе было бы куда труднее с ними расставаться.

— Влад, это жестоко… — попыталась было вставить своё слово Вика, но я кинул на неё такой взгляд, что она тут же осеклась.

— Жестоко заставлять их идти против своих страхов, если они на это не способны! А мне не нужны слабые, колеблющиеся соратницы. Надеяться лишь на связи, наработанные даже не ими самими, а их родными? Или на свою привлекательность? Это жалкая попытка придать себе важности и ценности. Вы все бесконечно желанны для меня, но если вы рассчитываете, что одной постелью можете доказать свою значимость — уходите прямо сейчас! Мне нужно от вас нечто большее, и если вы не способны на это, если не чувствуете готовности идти до конца — не стоит мучить себя и тратить моё время.

Спохватившись, я коснулся источников Марины и Виттории эфиром и снял с них свои метки. Теперь пожирателям они не интересны, но и я их больше не буду чувствовать. Последним отголоском нашей связи я ощутил, как они замерли, будто почувствовав пустоту, а потом ускорились, покидая пределы коттеджа, так, будто за ними кто-то гнался.

Сразу же выкинув их из головы, я беспокоился пока только об одном — я не видел за столом Хидеки. В то, что японка бросит меня, чего-то испугавшись, я не верил, но поднимать эту тему было еще рано.

— В общем, давайте обойдемся без долгих прелюдий. Если кто-то хочет последовать за Мариной и Витторией — просто уходите, — подытожил я, оглядев испытующе всех. Дед все так же стоял в дверях и пытался просверлить меня яростным взглядом.

— Николай Владимирович, — обратился я к нему, с удовлетворением отметив, как при этих словах перекосилось его лицо. — Вас не слишком затруднит присесть и перестать буравить меня взглядом? Я очень голоден, а вы мне аппетит портите. Ника, будь любезна, передай мне, пожалуйста, соль, а то руки у меня долгое время были связаны, еще никак чувствительность не вернется…

Селена, опередив потянувшуюся за солью Нику, молниеносно подхватила солонку и с силой запустила ее мне в голову.