Белый край [СИ]

Но напряжение буквально физически ощущалось в воздухе. Каждый вдох, что я делала, давался мне с трудом — воздух был тяжелый, тревожный, а волосы на затылке так и норовили встать дыбом. Казалось, что за нами кто-то следует, следит из зарослей полевых трав, но когда оглянешься — лишь пустота.

Уверенным сейчас выглядел один только наш проводник. Возможно, он тоже боялся, но старался выглядеть уверенно, чтобы придать нам сил, и, стоит признать, это работало, пусть и только до тех пор, пока не начинаешь об этом задумываться.

Спустя полчаса таких блужданий я вдруг услышала то, что по какой-то неведомой причине придало мне сил и немного успокоило первобытные инстинкты. Впереди звонко журчал ручеек.

— Сюда, — негромко подозвал нас Цугин. — Здесь наш путь.

Мы с пиявками поспешили нагнать скальда и вскоре вышли к крохотному, едва заметному в зарослях травы ручейку, бегущему по неглубокому оврагу, дно которого было устлано мелкой галькой. Я сразу поняла, что имел в виду Цугин под "тайной тропой" — через ручей были перекинуты пара сухих, уже начавших гнить березовых бревен, образуя собой что-то вроде простенького моста, а сразу за ним — спрятанная в бурьяне тропинка, видимая лишь благодаря тому, что по обе стороны от нее прорастала крапива.

Один за другим мы по хлипкому мосту пересекли ручей и двинулись дальше. Тропа под ногами хоть и не очень помогала идти, но хотя бы придавала уверенности, и благодаря этому мы стали продвигаться значительно быстрее. Нам нужно было лишь обойти курган и добраться до нормальной дороги по другую сторону от него, по моим расчетам вскоре мы должны были уже выйти на свет из бесконечного лабиринта высокой травы.

— Я же говорил, — Цугин на ходу обернулся, улыбаясь нам, — со мной не пропадешь.

Его уверенность придавала сил всем, кроме Снорри, который все это время буквально впивался пальцами в древко своего копья. Впрочем, его нельзя было в этом винить — почти все его встречи с духами и ожившими мертвецами заканчивались плачевно, а самая первая и вовсе привела к тому, что он теперь вдали от дома, защищает вечно сующую свой нос куда не следует меня. Стоит отдать ему должное — он никогда не жаловался и в целом был верным другом, несмотря на вечно кажущееся недовольным выражение лица.

Еще спустя полчаса тропинка медленно начала уходить вверх по пологому склону, и все выше и выше наши головы поднимались над бесконечным зеленым морем. Когда мы наконец вышли на основную дорогу, я облегченно вздохнула, снимая шляпу и тихо посмеиваясь — курган остался далеко позади, опасность миновала.

— Ну вот! — Цугин, широко улыбаясь, глядел на нас, отряхивая руки. — Ваша цель впереди. Вон они, Черные Горы!