Феномен

— Ваня, — негромко кликнула та куда-то в сени. — Выйди, говорит свой.

Вскоре мелькнула тень, и отодвинув старушку, та поспешила в дом, выглянул молодой парень, вряд ли старше двадцати. Одет в гражданское. Настороженный взгляд прошёлся по мне, и посмотрел в глаза.

— Представься, боец, — командным голосом, но негромко велел я.

Тот на автомате выпрямился и начал говорить:

— Красноармеец Шестаков, роты охраны комендатуры города Минск… — и замолчал, сообразив, что попался в простейшую ловушку.

— Мне нужна Панина. Она у вас?

— Кто вы?

— Генерал-майор автобронетанковых войск, Сергеев, — спокойно козырнув, представился я, и то что на мне форма Вермахта, ничуть не беспокоило.

Протянув удостоверение старшего командного состава, дал ознакомится Шестакову.

— Что-то вы молоды, для генерала, — проворчал тот.

— Товарища Сталина это как-то не беспокоило, когда он меня из старших лейтенантов-танкиста в генералы произвёл. Итак, боец, мне нужна Панина. Да, старший майор Маринин тоже тут?

— А откуда вы?..

— У меня свои источники. Не тяни время, у меня его мало.

— Здесь. Разрешите предупредить, а то там уже к бою готовы?

— Добро.

Получив обратно своё удостоверение, убирая в карман, скоро снова потребуется, стал ожидать во дворе. А буквально через минуту меня позвали. Тот же Шестаков выглянул, и попросил пройти. Когда я зашёл в хату, то осмотрелся. Это была кухня, дверь из сеней в большое помещение кухни и обеденного зала вела, плюс печка. Ещё одна дверь в переднюю. Похоже это все помещения доме, не такой и большой он, на улицу три окошка выходило.

— Доброго дня, — сказал я, и повернувшись к старушке, дед сидел у печки, протянул той свёрток и жёлтый плод. — Держите хозяева, подарок, чёрный чай и лимон.

Теперь можно описать кто был в задней комнате дома. Кроме Шестакова, тот следом за мной зашёл, хозяева, дед со старушкой, два красноармейца, в полной форме, у стола. Через открытую дверь передней на меня смотрела Панина. Тоже в форме была. Две недели назад Минск захватили, а ещё только осознавали размеры катастрофы. Маринина пока не вижу, видимо где-то лежит.

— Доброго дня, товарищ военврач. Нужно пообщаться, — сказал я военврачу.

— Да, конечно, заходите.

Чуть наклонившись, проходя в переднюю, стукнувшись стволом карабина о верхнюю часть косяка, он у меня за спиной был, я оказался в передней. Судя по дыханию за занавеской, та закрывала, кто-то за печкой был. Уверен, Маринин там.

— Генерал-майор Сергеев, — снова козырнув, представился. — Мне нужны люди в медсанбат, он формируется. Мне сообщили о вас, и я прибыл лично.

— Подойдите, — попросили из-за занавески.

Откинув ту, Панина позволила подойти к раненому майору. Точнее старшему майору госбезопасности.

— Молод, — сделал тот вывод. — Бумаги есть?

— Конечно, — достав, показал удостоверение и ту бумагу, по которой мне все обязаны подчинятся. Даже старшие по званию.