Краткая история Австрии

В период с 1618 по 1648 г. Австрия также переживала тяжелый кризис. За это время было несколько вспышек эпидемий чумы, пережито несколько страшных голодовок. Один за другим последовали четыре неурожайных года (1624–1628 гг.); голод был так велик, что в некоторых областях люди мололи и употребляли вместо муки стебли бобов.

В отдельных частях страны, в частности в Вене, были тяжелые кризисы, сопровождавшиеся безработицей, упадком целых Отраслей ремесла, а также голодовками. «Инфляция», которая в то время достигла особой остроты, и так называемая «каллада» (девальвация) также тяжело отразились на положении многих австрийцев, в особенности ремесленников. Но в целом бедственное положение в Австрии было вызвано в большей степени кризисом переходного времени, чем войной. Важнейшие отрасли промышленности сохранились, а некоторые наиболее важные, как, например, добыча железной руды, находились в стадии бурного развития. Численность населения в Австрии не только не снизилась за годы войны, но даже немного возросла.

То, что Австрия сравнительно мало пострадала от войны, не было случайностью. Стремление вести войну подальше от своих наследных владений было, по вполне понятным причинам, аксиомой политики Габсбургов. Ради этого они шли на многие политические жертвы, например, поддерживали союз с Баварией даже в то время, когда недальновидным людям казалось, что этот союз приносил больше вреда, чем пользы. Когда в 1642–1645 гг. война все же перекинулась на австрийскую территорию, это было для Фердинанда III решающим обстоятельством, побудившим его начать мирные переговоры; быть может, это и послужило главной причиной того, что Испания была оставлена на произвол судьбы.

Примером того, насколько «далеки от войны» были венды, жившие как бы на мирном острове среди бушующего моря войны, которое представляло собой Европа, служит их поведение в 1645 г., когда шведы прорвались у Янкау и начали наступление на Креме. Жители Вены не имели ни малейшего представления о силе врага, или, вернее, имели о ней совершенно ложное представление. Они заявляли во всеуслышание, что шведы — просто-напросто «оборванные нищие, к которым присоединилось несколько немецких мятежников», и что их легко могут прогнать несколько отрядов императорских солдат. Когда «оборванные нищие» перешли австрийскую границу, взяли Креме и начали двигаться к Вене, необоснованно преувеличенный оптимизм венцев сменился столь же преувеличенной паникой. Началось массовое бегство из Вены, принявшее такие масштабы, что магистрату пришлось запретить выезд из города лиц мужского пола в возрасте от 16 до 60 лет. В конце концов Вена все же выставила гражданское ополчение в 5 тыс. человек, к которому присоединились добровольческие отряды студентов. Эти подразделения действительно выступили против авангарда шведских войск и, ко всеобщему удивлению, сражались совсем неплохо. Продвижение шведской основной армии было окончательно остановлено у Брюнна.

Как и в других абсолютистских странах, в Австрии в первой половине XVII в. впервые появляется понятие «родина». В это время люди впервые стали воспринимать слово «Австрия», как нечто имеющее к ним непосредственное отношение. Некоторые проявления патриотизма существовали и раньше, но это был патриотизм отдельных городов и провинций, чувство принадлежности к Тиролю, Вене, Каринтии, чувство, сохранявшееся еще долго и нередко вступавшее в противоречие с сознанием принадлежности ко всей стране — Австрии. Но в период с 1600 по 1650 г. люди впервые заговорили об Австрии, как о своей родине.

Первое проявление австрийского патриотизма имело место не в рамках существующего государства и проводимых им военных и политических мероприятий, как это было в Испании и во Франции, и не в ходе могучей революции, изменившей всю структуру общества и государства, как это было в Англии Кромвеля. Восставшие австрийские крестьяне явились первыми патриотами своей родины. Стефан Фадингер, вожди и ораторы великого крестьянского парламента, чьи имена давно забыты, горожане Верхней Австрии, заключившие союз с крестьянами, — вот первые патриоты Австрии. Словами, в которых впервые была выражена любовь к родине, являются строки народной песни: «О, милосердный боже… освободи нас от Баварии, нужды и тирании…»