Мой начальник – Демон (СИ)

— А Амин… он…

— Можешь не думать о нем, он тебя больше не обидит, — напряженно ответил, наливая в мою чашку молока.

— Что теперь будет? — тихо спросила, помешивая ложечкой сахар в чашке. — Тебя из-за него… накажут?

— Хм, волнуешься? — снова вернулась на его лицо улыбка, причем отчего-то еще более довольная, чем до этого. — Я был в своем праве. И довольно об этом. Ешь… у меня еще пирожки с мясом есть.

Поднялся, спокойно прошел к духовке, не замечая моего удивленного вида, чтобы вынуть противень с румяными, аппетитными пирожками.

— Только не говори, что ты и их испек! — выпалила я, не владея своими эмоциями.

— Ладно… не скажу.

А я сижу, глядя на него круглыми глазами, и вдруг вспыхнула, стоило представить, эти сильные пальцы, что сейчас перекладывали при помощи щипцов на тарелку кулинарный шедевр, все в муке, мнущими тесто… закусила губу нижнюю, чтоб сдержать томный стон и брякнула:

— Шеф, а вы… женаты?!

Весело рассмеявшись в ответ, мужчина водрузил на середину стола блюдо с пирожками, сел напротив и со смешинками в глазах, ответил:

— Представь себе, да. Причем на одной очень пугливой, вредной, чрезвычайно недоверчивой ведьмочке, но невероятно притягательной, нежной, красивой, — голос демоннида вдруг слегка охрип, а взгляд потемнел еще больше, — чистой, светлой, очень надеюсь, что страстной.

— Ого, — смущенно произнесла, спрятавшись за чашкой, из которой отпила немного горячего чая, — и где же вы нашли… такое чудо?

— Не важно, где, — Адарион перестал улыбаться, посмотрел мне в глаза пронзительно и тихо добавил, — главное, что уже не отпущу. А теперь… ешь, голодные ведьмочки часто становятся злыми, а это не в моих интересах.

И все, замолчал, откинулся на спинку стула и тоже начал молча есть, запивая чаем. Я же не решилась спорить с его собственническими замашками, поняв вдруг одну простую вещь — мне было до чертиков приятно, что он не желает меня терять. Прикрыв глаза ресницами, задумчиво поглощая блинчики и пирожки, думала о том, что сказала мне Азалия. Что бы я чувствовала, потеряв этого мужчину? Не думаю, что была бы счастлива из такой потери.

— Адарион, — посмотрела на сытого, спокойного шефа, который сидел за столом, сложив руки на груди, изучая меня все тем же темным взглядом, — а если бы я все же попросила меня отпустить, ты бы…

Шеф напрягся, подтянул ноги и вдруг поднялся. Я тоже насторожилась, не знаю почему.

— Ты наелась? — кажется такой простой вопрос, но вот тон… что-то мне от него чуток поплохело.

— Да… но…

— Не надо никаких «но», родная, — мужчина плавно, почти единым слитным движением вдруг перетек мне за спину и обхватил меня за талию руками, прижавшись ко мне своей грудью. — Как считаешь, я заслужил награду?

— Ч-что? — выдохнула, и снова затаила дыхание, когда поняла, что его руки уже расположились намного выше талии.

— Я так трудился, все утро на кухне у жаркой плиты проторчал, для тебя и блинчики испек, и пирожки вот… подогрел, с этим самоваром тоже пришлось повозиться, очистить его, отдраить, привести в нормальный вид, жаль времени не было расписать его красками…