Вся пани Иоанна. Том 1 [компиляция]

Не успела Тереса и глазом моргнуть, как мы уже все формальности провернули. Я лично съездила вместе с Тересой во французское посольство за визой. У Михала французская виза была, он планировал свой отпуск в этом году провести во Франции. Мы купили им билеты на самолет, разумеется, на деньги Тересы. Тереса растеряла всю свою энергию и теперь позволяла делать с собой все, что мы хотели — ну точь-в-точь покорная овца, влекомая на заклание.

Необходимость во французских визах объяснялась тем, что, как следовало из полученных по своим каналам сержантом Вельским данных, Джон Капусто, гражданин США, постоянно проживал во Франции. У него оказалось и в самом деле два адреса — в Париже, недалеко от Площади Республики, и в Руане. Из той же милицейской информации следовало, что Западный Берлин он покинул и приземлился под Парижем, в аэропорту Ла Бурже.

Провожая Тересу и Михала, я дала тетке напутственный совет:

— А когда уже будете в Париже, выберетесь как-нибудь в Венсьенский Лес.

— Венсьенский Лес? — удивилась Тереса. — А чего я там не видела?

— Там проходят рысистые испытания. На бегах ты хоть когда-нибудь была?

Тереса лишь раздраженно покрутила пальцем у виска, но Михал заинтересовался:

— И там можно делать ставки? Интересно, как их делают?

— А вы что, никогда не играли на бегах?

— Никогда. Понятия не имею, как это делается.

— А вы случайно не в апреле родились?

— Нет, в ноябре.

— Прекрасно, потому что апрельским на бегах делать нечего. Так вот, слушайте меня внимательно: обязательно съездите туда и поставьте на что угодно. Новичок обязательно выиграет! Но во второй раз лучше не соваться — проиграетесь, как пить дать!

— Замечательно! — обрадовался Михал. — А как делают ставки?

— Боже! — простонала Тереса, но я, не слушая протестов семейства, подробно проинструктировала Михала. Прочла небольшую лекцию и о лошадях, и о принципах игры, пользуясь датской терминологией, ибо занималась этим только в Дании, в Польше рысистых испытаний не бывает, так что польская лексика мне без надобности. А датская — международная, во Франции Михалу пригодится. Молодой человек слушал меня внимательно, подошел к вопросу с достоинством научного работника, даже кое-что записал для памяти.

— Жаль, что мы не в Данию едем, — заметил он. — Но ничего, может наша Капуста и в Данию рванет…

— Или в Аргентину, — в тон ему произнесла Тереса.

— Или на Северный полюс. А мы за ним!

Люцина с беспокойством взглянула на сестру и прошептала мне:

— Пусть уж они скорей уезжают. Беспокоюсь я за нее.

— Они улетают завтра утром, — ответила я. — Не волнуйся, сейчас напоим ее валерьяночкой, за ночь ничего не случится…