МАГ 7 (возвращение)
- Автор: Белов Иннокентий
- Серия: Слесарь #7
- Язык: русский
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «МАГ 7 (возвращение)». Краткое содержание книги:
Только, ему так хочется и он может себе это позволить, залезть в прошлое и изменить будущее..
Действующие лица — все те же, что в первых пяти книгах.
Все, дело сделано, осталось только покончить со Старшим, я убираю копье и бросаю его в костер, пусть сгорит древко, наконечник у него стандартный, как у всех военных в городе, ни к чему он не приведет поиски, даже, если его раскопают среди углей и костей.
Что — маловероятно, вряд ли, кому-то понадобится этим заниматься.
Я не хочу приближаться к сильным рукам Старшего, нагибаюсь и хватаю его за обгорелые ноги, за сплавившуюся корку из кожи, мяса и одежду. Она хрустит под моими пальцами в кольчужных перчатках, ломается, Старший страшно кричит и, похоже, теряет сознание, к моему большому сожалению.
Поднатужившись, я закидываю с размаха тяжелое тело в середину костра и Старший исчезает в пламени, чтобы больше не подняться.
Какое-то время я смотрю на огонь, потом поднимаю валяющееся оружие и забрасываю его в костер. Когда в руки попадает один из арбалетов, я некоторое время с жалостью смотрю на него, оценивая хищную красоту, но, все же, кидаю вслед за остальными.
Никакие вещи от Рыжих, по которым меня могут связать с их смертью, мне не нужны, даже такие красивые.
Костер дает жар, как от мартеновской печи, оружия и следов от части клана Разноцветных камней, находившихся здесь, на камнях больше не валяется нигде.
Теперь пришло самое время заглянуть вниз, и я наблюдаю, в течении долгого времени, как волны колышут тела на мелководье, под самой скалой и на небольшом расстоянии от берега. Все семь тел я могу видеть отчетливо, высота отсюда до поверхности воды, метров под восемьдесят и выжить ни у кого из них нет ни одного шанса.
На всякий случай, я внимательно изучаю тела, смотрю в бинокль, нет ли у кого признаков жизни, не вздымается ли грудь у троих, которые лежат на мелководье лицом вверх и укоризненно глядят на меня застывшими глазами.
Потом поднимаю пояс, осматриваю его.
Не расстегнулся ли или не порвался один из многочисленных кошелей на нем?
Нет, вещь — очень качественная, из дорогой кожи, надежно прошитая крепкими нитками, и я забрасываю его на подводу, будет чем заняться на обратном пути.
Обыскиваю подводу, собираю все барахло, оставшееся от Рыжих, все, что связано с погребальными обрядами, всю еду в мешках и немного оружия, спрятанного в соломе, наваленной сверху.
После обыска подводы, я сношу за пару ходок все добро в погребальный костер и бросаю в его ненасытною пасть.
Тела внизу так же качаются волнами и так же неподвижны.
— Что же, я сделал свое дело. Помог хорошим людям. Наказал плохих нелюдей, — так я успокаиваю себя и, обращаюсь к лошади, снимая торбу с ее морды, — Тебя, лошадка, я здесь не оставлю, доедем с тобой, почти до города, там и расстанемся добрыми друзьями.
Глава 26 ОБРАТНО В ГОРОД
Сам сажусь на облучок, смотрю последний раз на полыхающий костер и разворачиваю подводу. Отдохнувшая лошадь бодро везет меня и подводу, тем более, мы спускаемся вниз.
Когда приходит время поворачивать с тропинки на более оживленную дорогу, я сгибаюсь, как будто сплю, натягиваю местную шляпу от солнца на самые уши. Теперь встречным трудно будет оценить мою внешность и фигуру, да и местные, мимо домов которых я буду проезжать, не смогут вспомнить ничего про возчика обычной такой подводы.
Проселочная, как говорят у нас, не очень обжитая дорожка — не то место, где на тебя не обратят внимание. Но, идя своими ногами, ты так не спрячешься, как можно устроиться, просто сидя на облучке.
Я могу, конечно, бросить подводу сразу, как только выеду и пробиваться к дороге, ведущей к городу от моста, через лес, только это достаточно большой крюк выходит. Везде я буду бросаться в глаза не меньше, чем катясь на подводе. Все жители и путники с удовольствием рассмотрят нового в этих местах человека и не забудут про него, когда спросят, даже, через неделю или две.
Поэтому я лучше отдохну, притворяясь дремлющим, спрятав лицо за панамой и воротником, одежда у меня обычная, ничем не примечательная.
Тем более, мне есть, что обдумать, после кровавой тризны над морем.
Лошадка бодро бежит, радуясь пустой подводе и концу рабочего дня, то, на что у Рыжих ушло три часа пути, мы с ней проезжаем за полтора. Несколько раз меня окликают встречные путники, приветствуя и спрашиваю все, что им в голову пришло. Только я притворяюсь спящим, машу рукой в ответ и ничего не отвечаю голосом, понимая, что мой, почти уже незаметный, акцент является достаточно приметной чертой, которая может привести именно ко мне.