Дороги в горах
- Автор: Дворцов Николай Григорьевич
- Год: 1981
- Язык: русский
- Год: Алтайское книжное издательство
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «Дороги в горах». Краткое содержание книги:
— Там Бабах… На ногах не стоит.
Геннадий Васильевич машинальным жестом отодвинул от себя бумаги и, бледнея, поднялся. Колхозники, глядя на дверь, настороженно притихли. Не успел Ковалев выйти из-за стола, как дверь от сокрушающего толчка так распахнулась, что свалила стоявшую в углу вешалку. Бухгалтер, испуганно пискнув, отскочила, как резиновый мяч.
Бабах, спотыкаясь, переступил порог и посмотрел на всех мутными осоловелыми глазами.
— Ругайте! — Он сорвал с головы и хлопнул себе под ноги шапку. — Гоните! Вот я…
Ковалев со строгим лицом подошел к чабану.
— Бабах, ты пьяный. Иди проспись, потом будем разговаривать.
— Кто пьяный? Я пьяный? Ага, я пьяный… Генадь Василич… — Лицо Бабаха некрасиво исказилось, из глаз потекли слезы. — Генадь Василич… Пропала овечка… Семнадцать пропало… И собака пропала… И я пропал… Все пропало… Кто виноват? Я виноват? А кошара нет — кто виноват?
— Бабах, иди проспись! — повторил Ковалев, повышая голос. — Поговорим после, когда трезвый будешь.
— Гоните? А я не пойду! Вот не пойду! — Бабах крючками непослушных пальцев зацепил за ворот рубаху и так дернул, что она разорвалась до пояса, обнажая темное тело. — Не пойду!
— Закройте его в кладовку. Пусть придет в себя, — обратился Ковалев к колхозникам.
— Закрыть? Кого закрыть?
Бабах угрожающе замахал руками, но двое молодых, дюжих мужчин быстро вытолкнули его в коридор.
— Пойдем! Хватит ерепениться…
Некоторое время все прислушивались, как, удаляясь, глохнет голос Бабаха, потом кто-то сказал:
— Приняли на свою голову. Выходит, Кузин правду говорил…
— Подождите, товарищи, с выводами. — Геннадий Васильевич пододвинул к себе бумаги. — Надо сначала разобраться, в чем дело.
Вечером, после дойки, Клава и Эркелей пришли в контору. В коридоре Эркелей, выскочив вперед, подбежала к двери председательского кабинета, осторожно приоткрыла ее.
— Там… Нахмурился, даже страшно. Заходи первой.
— Ох, Эркелей, никак ты не можешь без этого. — Клава открыла дверь.
За подругой, секунду помедлив, вошла в кабинет Эркелей. Здороваясь с председателем, жеманно улыбнулась.
— Присядьте, девушки, — сказал Геннадий Васильевич. — Сейчас я быстренько закончу, потом с вами.
Эркелей опустилась на диван, качнулась на нем и шепнула подруге:
— Ух, как мягко… Всю жизнь бы качалась. А Геннадий Васильевич заважничал. На ферме другим был.
Клава, не спуская с Ковалева глаз, отмахнулась. Но Эркелей не унималась.
— Хороший он… Правда, хороший?
А Ковалев тем временем писал, прибрасывал на счетах, опять писал. Потом сложил в стол бумаги и повернулся к девушкам.
— Вот какое дело, Клава. Давай-ка разберемся с надоями. Как они? Ведь теперь самое тяжелое время. Потом, когда выберемся на зеленую траву, надои пойдут в гору.
Клава вынула из кармана фуфайки вдвое сложенную синюю ученическую тетрадь.
— У меня, Геннадий Васильевич, все данные только по нашей группе, которая здесь. А в Тюргуне не знаю как… Сегодня мама туда поехала. Она расскажет…
Ковалев, взяв у Клавы тетрадь, начал неторопливо просматривать записи.
— Марфа Сидоровна, говоришь… Это хорошо, но не мешало бы и тебе побывать. С кем-нибудь из членов правления. Ты у нас самая грамотная. Там надо разобраться с надоями. Смотри. За прошлую декаду там меньше вашего надоили. Надо тебе обязательно съездить.
Клаве стало обидно за мать. Неужели она не может сделать этого?
— Да как же я поеду? — отчужденно опросила Клава. — У меня группа… Недоенными, что ли, оставить?
— Подменят. Да, как у тебя с институтом? Готовишься? Готовься. Мы напишем от колхоза отношение. Сегодня заседание правления. Поприсутствуй. Да и тебе не вредно побыть, — Ковалев с улыбкой обратился к Эркелей. — От серьезных дел, может, станешь немного серьезней.
— А я и так серьезная, — не задумываясь, отрезала Эркелей.
— Да что-то по тебе незаметно.
— А как вы заметите, если никогда на меня не смотрите?
Ковалев смущенно кашлянул.
— Ну девка, в карман за словом не лезет.
Эту словесную перепалку прервал, к радости Ковалева, приход Зины Балушевой.
— Можно, Геннадий Васильевич? Вы к нам не ходите, так я сама пришла. Вот семью привезли… Почему бы с женой не зайти?
— Спасибо, Зина. Это можно… Как-нибудь заглянем. — Ковалев старался по лицу Зины определить цель прихода. Волнуется женщина. Катю надо познакомить с Зиной. Это Кате будет полезно…