Я Распутинъ. Книга 2 [СИ]

М-да, вовремя я с оптическим заводом подсуетился – с оптикой тут так себе, хорошо у нашего инструктора имелся цейсовский призматический бинокль, привезенный в качестве образца. У противной стороны тоже, было бы странно что такого сонма военных не нашлось ни одного владельца такого полезного девайса. Остальные же таращились в бинокли, больше похожие на театральные.

Три пары выстрелов прогремели быстро, наблюдатели с биноклями нашептали стрелкам поправки и пошла потеха. Давыдов скупыми отточенными движениями управлялся с винтовкой, отчего невысокий Антипка на его фоне смотрелся с постоянными заминками смешно. Впрочем, смешки прекратились после перекрестной проверки мишеней и объявления результатов – по сорок девять из пятидесяти возможных. Антипка улыбался, а Владимир Александрович сурово супил брови, всем своим видом показывая Давыдову «Не посрами!»

За бруствером, на соседнем поле, возобновились полеты тарелочек, треск ружей и радостные крики. Мы же перешли к мишеням на восемьсот шагов. Десяток выстрелов – по сорок три выбитых у каждого, но у Антипки три десятки, а у поручика две. В свите зашептались, но примолкли после гневного взгляда патрона на всех и, в особенности, на Давыдова. Зря, князинька, зря, куда как хорошо на шестистах метрах поручик отстрелялся, а такое начальственное поведение только нервирует. Я же втихаря подмигнул Антипке и показал большой палец.

На последней дистанции стреляли вдвое дольше – тщательно устраивались, неторопливо целились, пережидали пальбу по тарелочкам за бруствером, которую никто не догадался прекратить, что вызвало гримасу неудовольствия у августейшего гостя.