Тень дракона [не закончено]

Ответом ему был лишь хрип старейшины, находящегося на последнем дыхании.

Сейчас, проводившаяся в строжайшей тайне, подготовка к восстанию смотрелась смешно - погрязшие в собственной гордыне и превосходстве, члены главной ветви клана до самого последнего момента даже не заподозрили о том, что вокруг происходит нечто подозрительное, несмотря на всю силу своего додзюцу. Столетия покорности усыпили бдительность, а наиболее упрямые из... рабов, убивались в юности или ломались болью, становясь послушными и не помышлявшими о сопротивлении. В итоге, это и привело к падению хозяев жизни - прислуге оказалось очень просто отравить еду долго действующим ядом, бесцветным и совершенно не обнаружимым на вкус. А на следующее утро, "лучшие" бойцы клана оказались не сильнее зеленых генинов против готовых к бою джонинов из побочной ветви клана. То, что их оказалось в два с лишним раза больше, чем вообще всех Хьюга с чистым лбом, а привычный метод контроля вдруг не сработал, только усугубило положение.

- Что... будет с... остальными? - тихо прошептал старейшина Такеда, еле цепляясь за жизнь и судя по всему, смирившийся со своей участью.

- Все, использовавшие печать умрут, но ты этого уже не увидишь, - покачал головой Хизаши и резким движением опустил ногу на шею старейшины, ломая ее и прерывая мучения.

Посмотрев на замершее тело, молодой джонин встряхнул головой и переступив через него, двинулся дальше в дом. Его цель, ради которой пришлось пожертвовать личной конфронтацией с отцом и братом, состояла не только в уничтожении самого одиозного из старейшин. Не обращая внимания на женщину с маленькой девочкой, прятавшихся в одной из комнат дома и следившей за происходящим с помощью бьякугана, Хизаши спустился по лестнице в подвальные помещения и немного поискав, подошел к той, что блокировала взор додзюцу. Положив руку на нее, Хьюга отправил несколько импульсов в определенной последовательности, бесследно впитавшихся, после чего поверхность потекла, обнажая огромную дверь из чакрометалла с узкой щелью посередине. Достав из внутреннего кармана тонкую пластинку, испещренную символами, джонин вставил ее в щель и напитал чакрой. Минуту ничего не происходило, но затем, дверь дрогнула и начала медленно раскрываться, позволяя увидеть большое помещение, заставленное шкафами и стеллажами, на которых лежали свитки. Архив Хьюга.

- Хиши-сама оказался прав, - расплылся в счастливой улыбке шиноби, - все знания главной ветви, теперь будут доступны каждому обладателю бьякугана, независимо от его таланта, силы додзюцу и чистоты крови.

Вздохнув, Хизаши запер архив и поспешил наверх - с этим можно разобраться потом, а пока еще оставалось слишком много неоконченных дел. Оставшихся в живых уже вытащили наружу, так что пройдя через пустой дом, джонин вышел на веранду и оказавшись вне барьера, блокирующего взгляд, быстро осмотрел бьякуганов всю территорию клана, убедившись, что сражения затихли везде, и бойцы побочной ветви сейчас собирали остатки главной ветви на площади внутри кланового дома. Туда же подтягивались и не участвовавшие в перевороте члены клана.