Невольница судьбы
- Автор: Гущина Яна
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Невольница судьбы». Краткое содержание книги:
Тут я поняла, что сморозила невероятную глупость. Она на меня уставилась так, будто я поинтересовалась, сколько у неё волос на голове. Хотя, судя по их виду, они покидали её голову с огромной скоростью.
— Знаете что, милочка, — она вперила в меня ледяной взгляд, от которого стало не только холодно, но и очень неуютно, — ведите себя согласно статусу! Простолюдинкам не свойственно носить господских туалетов. Женщины всегда должны быть доступны.
Вот те раз! Послушала бы её моя мама! Эх, как же меня замучили местные правила. Так и хочется возглавить мятеж против агрессоров и супостатов, притесняющих права женщин! Мда… подобные мысли пробудили во мне бунтарский дух. Ну что за дискриминация по половому признаку? Хотя, великосветским дамочкам, небось, панталончики выдают. Замучил меня повсеместный разврат! Даже тут от него никакого спасу нет!
— Не спорь ты с ней, — шикнула на меня кухарка, приложив указательный палец к губам.
Эх, везде рот затыкают. Ладно, помолчу. А то не долго и работу потерять. Изобразила на лице скромность и покорность, и пошла за ширму переодеваться. Просто надо смириться. Сдались мне эти панталоны! Не простужусь!
Хоть кухарка и думала, что меня взяли ей в помощницы, но гербарная тётка считала иначе. Велела заколоть волосы и отправила мыть лестницы. Весь день я простояла согнувшись. Но зато ближе к вечеру поняла, что с лестницами покончила.
— Ты хорошо справилась, — услышала за спиной голос хозяйки и еле разогнулась, стараясь унять гримасу боли. — Пойди к Лакри и скажи, что я велела дать тебе корзину с продуктами. И вот ещё, — она протянула стопку многослойно сложенного материала. — Это одежда для тебя и Сэтмана. Тёплая и добротная. Ты пока можешь ходить в этом платье, — она кивком дала знать, что говорит о синем, в котором я была.
— Спасибо, — поблагодарила я.
Тут она протянула мешочек, а в нём призывно звякнули монеты.
— Вот тебе деньги. Только никому не говори, сколько я тебе заплатила. Столько не получают. Просто не хочу, чтобы вы нуждались. Приходи завтра утром. Я дам ещё работу.
Она развернулась и, не говоря больше ни слова, пошла прочь.
— Благодарю, — растерянно проговорила я, глядя на её удаляющуюся спину.
Ничего себе щедрость! В честь чего? Сомневаюсь, что она прониклась сочувствием ко мне. Это она из-за Сэтмана. Интересно, что её связывает с моим мужем? Ну, судя по тому, что она замужем не за ним, а за другим, то ничего интимного. Хотя… Тут я задумалась, размышляя над тем, что после брака женщина может допустить к себе другого мужчину. Неужели у них что-то было?
Ощущение оплёванности и ревности не покидало меня всю дорогу домой. Я еле тянула тяжеленную корзину. А ещё одежду зажала в подмышке. Неудобно так, что хоть брось всё посреди дороги и уходи. Вдобавок заблудилась. Искать пришлось по номеру улицы. Благо дело, склероз не мучает, а то не хватает ещё номер забыть.
Доплелась до дома и уставилась на наш балкон. В комнате Рэшмы горел свет и раздавался металлический звон тазов и вёдер. Сейчас порадую её корзиной провианта. Довольна, наверное, будет, что завтра не надо на рынок плестись.
— Вот и я! — шагнув за порог, известила я.
Рэшма оглянулась и поспешила навстречу.
— Ты вовремя. Скоро мужчины воротятся. Знаешь что, — она отвернулась, спрятав взгляд, — ты не говори Сэтману где работаешь. Да и вообще ничего ему не говори.
— Почему? — не поняла я и растерянно спросила: — А что я скажу по поводу одежды, продуктов?
— Скажи, что я дала.
— А деньги?
— Какие деньги?
Я протянула мешочек, и тряхнула его, чтобы он усладил наш слух.
— О! — обрадовалась Рэшма. — Теперь ты сможешь покупать еду.
— О! — передразнила я её и, указав на корзину, заметила: — Но у нас уже есть еда.
Рэшма сверкнула глазами и хмыкнула:
— Ты что думаешь, что она никогда не кончится?
— Ээээ… — протянула я, поймав себя на мысли, что я почему-то решила, что отныне нам постоянно будут давать корзину с едой. На своём «эээ…» я и закончила.
— Так что спрячь деньги, — посоветовала она. — Сэтману лучше не знать о твоём заработке. А то начнёт возмущаться, запрещать.
Я захлопала ресницами.
— С чего ты взяла, что он начнёт запрещать? Он же не тиран и не самодур.
— Но он — гордый мужчина и подачки ему не понравятся.
Слово «подачки» резануло мне ухо. Что-то я не воспринимала благотворительность как милостыню. Да к тому же я честно заработала. Но, видимо, со стороны виднее. Тут же моя гордость приосанилась и вскинула на меня укоризненный взгляд.