Обвиняется в измене
- Автор: Субботина Айя
- Год: 2020
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Обвиняется в измене». Краткое содержание книги:
Денис: Я увидел ее в доме человека, от которого зависит мой бизнес. Милую, наивную, непонятную, как другая планета. Увидел – и на минуту забыл, что мне тридцать пять, я женат и моя жизнь давно превратилась в рутину. Забыл, что она – дочь человека, способного разрушить все, что я создал. Забыл – и не захотел вспоминать, когда она просто мне улыбнулась. Пошла навстречу, смешно морща нос, сказала: «Привет» и покраснела, глядя на моего брата.
Соня: Сашу мне выбрал отец, но я сама влюбилась в него с первого взгляда, потому что он был лучше всех на свете. Красивый, яркий, обаятельный. Мы посмотрели друга на друга и все стало ясно без слов. Кроме одного. Почему в моих мыслях все чаще другой… женатый мужчина?
— Это входит в ваши обязанности, Одуван. Так решил ваш начальник-самодур.
— Не видела этот пункт в моих служебных обязанностях, - пячусь к выходу я.
— Потому что я их еще не утвердил, - скалится он, медленно расстегивая рубашку уже почти до пояса. — Хочу внести еще пару пунктов. Считаю, самое время их обсудить.
Денис так резко выбрасывает руку и хватает меня за запястье, что мне остается только слабо сопротивляться, когда он втаскивает меня в примерочную и резко задергивает за нашими спинами плотную занавеску. Толкает к стене и со всей силы припечатывает ладонью стену прямо рядом с моим лицом.
— Ты вообще охренела, зараза малолетняя?! — Он такой злой, что из ноздрей вот-вот начнет валить раскаленный пар, — снова убежала и ни хрена не сказала?! Снова тишина, что хочешь, Денис, то и думай, а я буду вся такая загадочная и неуловимая? А потом поманю тебя пальцем как пацана, все равно ведь прибежишь!
Я сначала тушуюсь, потому что под таким напором ломаются даже столетние сосны, а потом, вдруг вспомнив тот взгляд его жены, завожусь с пол-оборота.
— Ты — бабник! — Звук моей пощечины такой высокий и резкий, что чуть не взрывает плафон висящей над нашими головами лампы. - Ненавижу тебя! Меня от тебя тошнит!
И меня правда тошнит.
Прямо на его расстегнутую рубашку.
Первых несколько секунд я пытаюсь отдышаться и нарочно закрываю глаза, чтобы не видеть, что натворила. Это смешно, но в голову почему-то лезут воспоминания о завтраке: пара ржаных галет, джем, чай с лимоном. Ну, по крайней мере, меня не вывернуло полупереваренным супом или салатом «Оливье».
— Очень взрослый способ выражать протест - растерянно, но без злости, ворчит Денис. — Браво, Одуван, ты превзошла себя.
Я осмеливаюсь приоткрыть один глаз, чтобы осмотреть область поражения.
В общем, все не так плохо, как я думала.
Но Денис остался без рубашки, и брюки тоже придется снимать.
А его тугой рельефный пресс выглядит очень сексуально даже... в цветах моего «протеста».
— Одуван, это правда не смешно - продолжает ворчать Денис, потому что меня начинает потряхивать от плоха сдерживаемого веселья. — Ты в курсе, что мне придется на хрен раздеваться до трусов?
— Когда это вас смущало, Денис Александрович? — иронизирую я и быстро достаю из сумки упаковку влажных салфеток, чтобы промокнуть рот. Еще парочку протягиваю Денису.
Он вздыхает, качает головой и кое-как снимает рубашку, сворачивая ее кулем.
— Просто королевский жест, Софья Ивановна, — подыгрывает мне, пытаясь привести в порядок брюки, но потом злится и машет рукой, словно посылая их куда подальше. — Тебе плохо? Зеленая вся.
— Со мной все отлично, - задираю нос, но тут же скукоживаюсь, потому что перед глазами снова все плывет. — А у вас, говорят, счастливое семейное воссоединение, идиллия. На чем записать такое счастье?
— Хватит мне тут цитировать старые фильмы, Одуван, а то я еще не решил, сожрать тебя целиком или отпустить с миром, — он потирает щеку с выразительным отпечатком моей пятерни, скалится и добавляет: - Или провести учебно-воспитательную работу. Говорят, до особенно «умных» лучше всего доходит через задницу. Раз уж так сложилось, что именно в ней, судя по всему, протекают твои основные мыслительные процессы.
Он берется за ремень на брюках и нарочно выразительно его расстегивает.
Непонятно каким образом это происходит, но я вдруг отскакиваю от него в другой угол кабинки и выставляю вперед обе руки.
— Я буду кричать!
— Больная, - тяжело вздыхает Денис, спускает брюки и, как ни в чем ни бывало выходит из примерочной, оставив меня наедине с испачканной одеждой.
Мне нужно немного времени, чтобы прийти себя: подышать, успокоиться, в конце концов вспомнить, что я решила быть самостоятельной и взрослой и больше не давать себя притеснять. А тем более указывать, где у меня мозги.
Вот же... нехороший человек.
Я кое-как приседаю, подавляя головокружение, сгребаю одежду в охапку, выхожу и осматриваюсь. До ближайшей корзины — десяток шагов, и для этого мне придется пройти через часть зала. В центре которого, словно статуя Микеланджело, только в трусах с неизменным логотипом «СК», стоит Ван дер Мейер, и, словно цветок страсти, благоухает, созывая пчел для опыления. Обе жужжат вокруг него, с каким-то слишком уж натужным благоговением прикладывая к его груди рубашки и галстуки, как будто от этого зависит, высадимся ли мы на луну в следующем году.