![Синее море [Пьесы] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/4/1/8/6/sinee-more-pesy-download.jpg)
Синее море [Пьесы]
- Автор: Ермолинский Сергей Александрович
- Год: 1973
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Жанр: Другая драматургия
Электронная книга - «Синее море [Пьесы]». Краткое содержание книги:
В книгу вошли шесть произведений, написанных в разной манере: от бытовой пьесы «Синее море» до романтической драмы об Александре Блоке. На глубоко изученном историко-литературном материале построены пьесы о Грибоедове и молодом Пушкине.
При всем разнообразии форм и сюжетов творчество С. Ермолинского пронизывает единая тема — тема человека, утверждающего свою цель в жизни, свой нравственный идеал.
Л е п е ш и н с к и й (переходя на шепот). Так что же, по-твоему, делать?
Слышно, как Тоня успокаивает ребенка, напевая.
После «Союза борьбы», после арестов снова — кружки?
З и н а. Какие кружки? Разве в них дело?
Ш а п о в а л о в. Правильно, кустарщина!
В л а д и м и р И л ь и ч. А как же от нее освободиться, от кустарщины?
З и н а. Мне вот пишут о питерской стачке…
Н и к о л а й. Да не только у нас в Питере. А в Екатеринославе, в Орехове, не слыхали?
Ш а п о в а л о в. А в деревне что творится?
О л ь г а. Студенты тоже…
Н и к о л а й. Аресты, аресты, а все равно не остановить…
К р ж и ж а н о в с к и й. Не только рабочая, но и крестьянская Россия зашевелилась! Правда, волнения пока стихийны, то там, то здесь, но их надо объединить, возглавить…
Т о н я (появившись с малышкой на руках). Да! (Кричит.) Легко сказать — объединить!
О л ь г а. Тише, разбудишь!
Т о н я. А у нас так иногда кричат, что она привыкла. Она от тишины просыпается. О каком объединении можно говорить, когда развелось столько путаников! Кусковы, Струве…
Н а д я. Ты хоть руками не махай.
Т о н я. Тут поневоле размахаешься.
С т а р к о в (берет у нее ребенка). Распутывать, распутывать надо… (Уносит его.)
К р ж и ж а н о в с к и й. Вот именно. Ошибка на ошибке едет и ошибкой погоняет.
Н а д я. Это не просто ошибки. Некоторые договорились до того, что рабочим не нужно никаких Марксов и Энгельсов.
Ш а п о в а л о в. Вот те раз! А кто это написал?
Н а д я. Струве. В «Новом слове». Устарела, мол, Марксова теория. Она возникла шестьдесят лет тому назад, а с тех пор изменились-де материальные условия производства. Так и написал. Знакомая песенка. Нет, тут не распутывать надо, а разрубать!
Н и к о л а й (не выдержав). До чего ж я счастлив, что попал в казематку, а оттуда сюда, в ссылку!
Л е п е ш и н с к и й. Что-что?
Н и к о л а й. До чего здорово, что мы здесь!
Ш а п о в а л о в. Вот те раз! Нашел чему радоваться, чудак!
Н и к о л а й. А как же! Я-то раньше не понимал, что такое эти самые экономисты, или как их там… Думал, они за рабочих. А ведь как хитро! За штраф — воюйте, за копейку — воюйте, а что тебя за человека не считают — это неважно. Не суйся, мол, в калашный ряд. А у рабочего, между прочим, и тут и тут давно пробудилось.
В л а д и м и р И л ь и ч. Вот! Этот разговор мне нравится. Речь, стало быть, о чем? О борьбе за политические права рабочего класса. Нас с самого начала порицают, что мы выбрали путь борьбы, а не путь примирения. А наша задача — создать революционную рабочую партию. Вот нас и тянут со всех сторон в болото. Да, верно, тут дело хитрое, и придется дать бой не только врагам, но и так называемым друзьям.
Л е п е ш и н с к и й. А где? Где этот бой давать?
В л а д и м и р И л ь и ч. Где? (После небольшой паузы.) На страницах своей газеты.
С т а р к о в. Ого! Своей газеты!
В л а д и м и р И л ь и ч. Да. Общерусской газеты революционных марксистов.
Ш а п о в а л о в. Благодарю. Один раз попробовали. На гектографе. И вот — все здесь. Пять тысяч верст от Питера.
К р ж и ж а н о в с к и й. Считай, пять тысяч с гаком.
Н и к о л а й. Ух ты… Своя газета!
Ш а п о в а л о в. А на чем печатать? Я человек опытный. Опять на гектографе? По пятидесяти экземпляров?
В л а д и м и р И л ь и ч. Нет, зачем же? На гектографе не годится. В типографии.
Л е п е ш и н с к и й. В России это невозможно, вы знаете.
В л а д и м и р И л ь и ч (опять выдержав небольшую паузу). А — за границей?
Л е п е ш и н с к и й. Что?
И все смотрят на него молча, вдруг поняв, что он не сейчас это придумал, что он с этим и приехал сюда и только сдерживается…
С т а р к о в. За границей?
Н и к о л а й (весело). Языка не знаю!
В л а д и м и р И л ь и ч. Вот именно — за границей. Вместе с группой Плеханова. Издавать там, а распространять здесь, в России.
Л е п е ш и н с к и й. Плеханов, конечно…
С т а р к о в. Это, безусловно, его участие может решить вопрос об издании.
Ш а п о в а л о в. А как он относится к нам? Не забыл ли в своей эмиграции, как мы выглядим?
К р ж и ж а н о в с к и й. Он не может не считаться с нами. Мы то самое поколение, с которым связано и его будущее.
В л а д и м и р И л ь и ч. Не сомневаюсь, он это понимает.