Естественный ход событий (СИ)

— Хах… Считаешь, у нас есть выбор? У тебя — может быть. Мне же не остается ничего, только подчиниться одному из правителей. Ведь та, с кем я хочу быть на самом деле, никогда не будет принадлежать мне, — сказал напарник, сжав пальцами переносицу.

— Так ты… Ты все еще любишь меня?..

— Люблю? О нет, Рут, я не люблю. Я не могу жить без тебя. Я не знаю, как вынесу эту жизнь без тебя. Хуже только видеть тебя с другим. А-а-ах, — он устало вздохнул и поднял глаза к небу, — да что не так? В чем я провинился перед этим сраным небосводом?.. Когда уже все это кончится… — Финн закрыл глаза и глубоко вздохнул.

— Я… прости, Финн, что не могу тебе помочь.

— Знаю. Я знаю. Никто не может мне помочь, верно? Я сам виноват. Слишком долго смотрел на тебя. Любовался. Думал, это ничего, еще немного посмотрю и все. Наслажусь твоим голосом чуть дольше. Но смотри, к чему это привело… Вцепился в тебя как жадный мальчишка, никак не отпущу… Вся моя жизнь превратилась в бесконечные мысли о тебе. Быстрее на работу, путь до твоего дома подлиннее, лишь бы задержать с тобой подольше… Я уже не вижу и не хочу видеть вокруг ничего и никого, кроме тебя. Я просто болен, да? Мне нужно лекарство от этой зависимости. Не могу. Я просто больше не могу выносить этого, — простонал Финн.

— Но это правда уже не любовь. Не мне говорить о любви и чувствах, но твоя привязанность… Действительно далека от любви. Это помешательство.

— Помешательство. Верно, — усмехнулся Финн. — Я окончательно повернут. Во мне не осталось ничего от человека. Ни души, ни чувств, только бездна и эта болезнь жрет то, что от меня осталось.

— Разве не лучше, если меня больше не будет рядом? — аккуратно спросила я. — Однажды чувства и правда отпустят тебя, ты больше не будешь страдать из-за меня.

— Может, да, может, нет. Я уже ничего не хочу. Раньше я мечтал только о том, чтобы провести с тобой остаток своих дней. Но сейчас не останется и этого. Не останется ничего. Зачем я здесь вообще? Зачем ты мне говоришь это все?

— Финн, я не хотела причинять тебе столько боли. Но я не могу остаться здесь только для того, чтобы ты мог издали смотреть на меня, ты ведь понимаешь.

— Да… Да. Я все знаю, просто… Совладать с собой становится так сложно, сейчас, когда мы говорим начистоту. Я впервые могу высказать тебе все, не скрываясь. Ни страха, ни спешки, — Финн смотрел по сторонам, гонимый тяжелыми мыслями, он ходил вперед-назад, беспокойно жестикулировал рукой и смотрел куда угодно, но только не на меня. — Я начинаю и не могу остановиться. Все, на что хватает моих сил, это на то, чтобы сдержать тело и не броситься на тебя прямо сейчас. Если кинусь обнимать, уже точно не смогу отпустить, я не настолько силен. И правда… Ничего. Ничего во мне не осталось от человека. Даже взгляд мой, даже желания теперь совершенно звериные. Я совершенно пуст как человек. А. Ну да. О чем это я? Я ведь давно уже не человек. Я просто не достоин зваться человеком.

Я разозлилась и подошла к Финну ближе, встала перед ним на носочки и положила ладони на щеки, вынуждая посмотреть мне в глаза.

— Ты человек, Финн. Прекрасный человек. Перестань так нагло врать себе и мне. Не используй свои чувства как оправдание инстинктам или слабостям. Я понимаю, тебе сложно. Нет, я даже представить не могу, как тебе тяжело на самом деле, но я верю, что твои мучения не вечны, они обязательно закончатся. Время… расставит все по местам. Если чувства ко мне и правда болезнь, то мой уход однажды излечит тебя. И здесь, наверху, тебе не придется пробуждать в себе животное, коим ты себя называешь. Человек и только человек может выполнить работу, которую делаешь ты. Не убивать, а защищать — вот твоя новая задача.

— Не знаю… Но тогда что насчет тебя? Ты готова убивать?

— Защищать, Финн. Я тоже буду защищать, — я отпустила его щеки и отошла на наг назад. — Если мне прикажут издеваться над невинными, я буду сопротивляться изо всех сил.

— Но как ты себе это представляешь?

— Если понадобится, я постараюсь сама изменить командира, а не позволить ему изменить меня. Только если в лучшую сторону, пожалуй. Мы уже сильно повлияли друг на друга. Думаю, все будет хорошо.

— Уверена, что не ошибаешься на его счет?

— Да. Я верю ему и верю в него. Не думаю, что он станет издеваться надо мной или еще кем-либо.

— Так вот, как выглядит твоя любовь, — грустно усмехнулся Финн. — Слепая вера несмотря ни на что?

— Наверное, это только ее начало, — было стыдно признавать свои чувства вслух, но убегать от правды совершенно бессмысленно. Интересно, как я смогу скрывать это от Заксена? Он быстро заметит, если я начну вести себя странно, надо быть осторожной.

— Как же я ему завидую, — мучительно выдохнул Финн, запрокинув голову. — Везучий ублюдок.

Я коротко усмехнулась его выражению и мягко улыбнулась:

— Однажды тебе повезет гораздо больше. Надеюсь, вся пережитая боль однажды обернется великим счастьем.

— Я желаю тебе того же, Рут. Пиши мне хотя бы иногда, чтобы волновался чуть меньше.

— Обязательно, — кивнула я. — Ты же знаешь, что от тебя я жду того же?

— Конечно, — грустно улыбнулся Финн. — Давай побудем здесь еще немного, — сказал он, облокотившись о стену и смотря на улицы внизу печальными глазами, — не хочу расставаться так просто.

— Я же еще не ухожу, — усмехнулась я, но последовала его примеру. — Еще сказать сэру Каспию, заполнить бумаги, закончить все приготовления… Хотя я не знаю, сколько на самом деле времени должно пройти.