Истребитель великанов (ЛП) [calibre 5.32.0]

— Я знаю это на протяжении больших столетий, чем ты прожила, — заявил эльф.

Его голос сделался просто резким. «Да уберегут нас боги от тщеславия чародеев», — подумал Феликс. Странная улыбка промелькнула на губах старухи, словно она узнала, о чём он думает. Готрек буркнул на слова эльфа и прошёл вперёд.

— Я Готрек, сын Гурни, — произнёс он, не дав старухе времени назвать его имя. — А кто ты?

Дев–стражей и сельчан покоробил его тон. Руки сжали оружие. Казалось, Готрек с полнейшим равнодушием относится к перспективе неминуемого столкновения. Феликсу хотелось бы быть в состоянии разделить позицию гнома.

— Тебе тоже рады, Истребитель.

Если Готрек и удивился тому, как она узнала, кто он такой, то на его лице это никак не проявилось.

— От своего имени я отказалась, когда приняла титул прорицательницы.

Истребитель пожал плечами. Каким–то образом даже этот жест ему удалось сделать угрожающим. «Неужели мы действительно проделали весь этот путь лишь для того, чтобы вступить в бой с людьми, которые должны бы быть нашими союзниками?» — недоумевал Феликс. Нужно было что–то делать, и побыстрее.

— Как здесь оказались орки? — спросил он. — Это не то место, на которое можно просто наткнуться.

— Их сюда привели, — сказала прорицательница.

— Привели! — потрясённо воскликнул Мурдо.

— Да, Мурдо Мак Балдоч, привели.

— Да какой человек из племён стал бы их сюда приводить? Разве может кто–либо настолько отвернуться от Света?

— Это больше, чем человек из племён, Мурдо. Это один из Совета. Сиобхейн, сделай что–нибудь полезное! Ты и Марьяд, принесите к нам тело незнакомца в тёмном плаще.

Пока две девы–воина не вернулись с телом чародея, стояла тишина. Мудрая подошла к нему и откинула капюшон, открывая худое, бледное, татуированное лицо. Даже в смерти черты лица этого человека были искажены ужасом. На губах по–прежнему была слюна. Похоже, он явно умер от страха.

Лицо Мурдо побледнело.

— Балдурач! — воскликнул он. В его голосе одновременно отразился страх и неверие. Плечи старика поникли, и он уставился в пол под ногами. — Стало быть, мы преданы, и преданы одним из наших, — очень тихо произнёс он.

— Встречаются те, кто внимает нашёптываниям Тёмного духа, — произнесла прорицательница.

— Здесь не место для подобных разговоров, — заявил Мурдо, многозначительно поглядывая на трёх путешественников.

Казалось, его взгляд не миновал и собственных соплеменников, хотя Феликс и думал, что это ему лишь показалось.

— Где, если не здесь? — возразила прорицательница. — Эти трое должны услышать то, что будет здесь сказано. Остальных отошли.

Она махнула рукой своим стражам, и те начали выгонять мужчин. Прорицательница развернулась и направилась вглубь пещер. Она двигалась легко и изящно, никак не выдавая тот факт, что слепа. Феликс почувствовал, как на загривке встопорщились волосы. Существуют и иные чувства, помимо зрения, напомнил он себе. А может, она настолько долго ходила по этим залам, что, возможно, знала на память все препятствия. И снова что–то подсказывало ему, что причина не в этом.