Ленивое мужество

Если я когда-нибудь освобожусь, то вырву себе все волосы.

Тем временем ведьмы, испустив еще один восхищенный слитный вздох при виде очередного клуба тягучего и тяжелого пара, исторгшегося из Котла, принялись обсуждать перспективы моего дальнейшего использования. Речь шла совсем не только о раздавании «выбора дамы»! Они еще планировали использовать меня для… хотелось бы сказать «размножения», хотелось даже в моем состоянии полной отрешенности, но нет — для половых услуг. Чем хорошо размножение? Тем, что к нему склонны молодые женщины, что само по себе не может вызвать отрицательной реакции.

Только вот подвыпившие старушки с замаслившимися глазами намекали, что в местных бочках дегтя меду будет маловато. Соседка, умудрившаяся окосеть за полчаса, нагло полезла мне в ширинку проверять состоятельность и комплектацию, за что получила по рукам от Кокоро, заявившей, что она сама потом всё проверит и оценит. Даже зелья приготовила, но они (еще одно поглаживание себя любимой и стеклянный взгляд, явно рассматривающий характеристики) — не пригодятся.

Ну, как минимум этот ад начнется с неплохой прелюдии.

— СУП ГОТОВ! — громогласно прокричали от помостков, размахивая поварешками.

— Наливайте! — встав, верховная широким жестом дала сигнал, а затем, наморщив лоб, вспомнив, спохватилась, — Тем, кому младше 16-ти — супу не наливать!

Где бы я еще увидел зрелище, демонстрирующее угнетенно бурчащих малолеток, расползающихся по всей деревне? Ни одна из уходящих с площади девчонок меньше двух бутылок с собой не тащила.

Настало время супа. Верховная встала, немного покачиваясь, но с непропитым опытом принялась ездить по мозгам и ушам населения. Она громким, четким и уверенным голосом прошлась по успехам деревни, мягко упомянула несколько залётов (типа как у разведчиц, прошляпивших меня), грозно пообещала, что вскоре все станет еще лучше, ширше и толще, а затем, улыбаясь как торговец подержанными автомобилями, благословила все женское общество на еду насущную.

Сам ведьминский суп был на вид и запах настолько вкусным, что если бы я мог, то порадовался своей полной безвольности. Похож он был на фиолетовый борщ, щедро сдобренный зеленью и мясом так, что воткнутая ложка бы точно осталась стоять, будь у народа тарелки чуть поглубже. На вкус он, видимо, тоже был чертовски хорош, если судить по характерным стонам и причмокиваниям, разнесшимся вокруг дуба. Ведьмы, аккуратно пробующие, быстро превращались в ведьм, со смаком поглощающих.