Наследник приходит, чтобы восстать [ЛП]

— Ты скрывал это от меня все это время?

— Я не думал, что это то, что тебе нужно знать.

Ей пришлось на мгновение закрыть глаза и вздохнуть, иначе она взорвалась бы.

— Он был моим другом, и я поклялась, что буду присматривать за ней! — вскипела она, снова открывая глаза, чтобы посмотреть на него.

Его лицо немного вытянулось, единственное проявление сожаления, которое он мог бы показать, но затем он стер все выражение и тупо уставился на нее.

— Ты принимал в этом какое-либо участие? — Она собралась с духом, не зная, как отнеслась бы к этому знанию, если бы он узнал.

Ник покачал головой.

— Нет, но Варис узнал о Рубене ночью раньше меня и планировал привести его сюда. Когда они обнаружили, что он пропал, вместо него забрали его мать. Ему не нравится, когда из него делают дурака, поэтому он придумал историю о том, как он видел те же самые предательские действия и в ее сознании, — объяснил он просто.

Это заставило Фэйт почувствовать себя нездоровой. Она никогда не видела его таким отстраненным и непроницаемым. Она хотела верить ему — у него не было причин лгать — но он был фейри и королевским стражем; она была бы дурой, если бы думала, что он чем-то отличается от своих товарищей, когда все они были привязаны к одному и тому же поводку. Ее гнев перерос в безрассудную ярость, и прежде чем она смогла остановить себя, она сосредоточилась на нем — на его разуме — намереваясь взять информацию для себя, чтобы быть уверенной.

Как и ожидалось, ее встретила твердая, как камень, черная стена, но она бросилась в нее и сосредоточила все свои умственные силы на том, чтобы снести ее.

— Остановись, — прорычал он низким предупреждающим голосом.

Она не сделала этого и продолжала пытаться, пока пот не потек по ее лбу, а от усилий не появилась головная боль. Лес исчез в слабом размытом пятне, когда она швырнула все, что у нее было, в стену. Ее разум был разрушительным шаром, врезающимся в нее снова и снова, в то время как она представляла разрушение стены, которое предоставит ей свободный доступ к его мыслям; его воспоминаниям. Она чувствовала, как стена слабеет, но не настолько, чтобы проникнуть внутрь.

— Фэйт, остановись. Сейчас же! — на этот раз он рявкнул громче.

Когда она не отступила по его второй команде, он в мгновение ока набросился на нее. Ее ноги подкосились, и она была в воздухе на долю секунды, прежде чем ее спина коснулась прохладной травы.

Она тяжело вздохнула, когда ментальный контакт прервался, и снова огляделась по сторонам. Он был на ней сверху, одним коленом слегка надавливая ей на грудь, в то время как его рука держала ее руку над головой. Ее глаза вспыхнули, и она дернулась, чтобы освободиться, но его хватка только усилилась, и ее глаза горели от разочарования.

Сдавшись, Фэйт обмякла под ним, зажмурив глаза, чтобы успокоиться. Один взгляд в его глаза прямо сейчас, и она знала, что снова взорвется. Он заставлял ее чувствовать себя ничтожеством, когда применял свою силу, и она ненавидела его за это.