По-другому

– Вы, наверное, давно здесь работаете и поэтому вас все здесь знают. Нет вы правда очень ценный сотрудник. Если взять вас на работу, к вам же вся окрестность ходить будет. Слушайте это правда. Считайте, что я делаю вам официальное предложение. Смело меняйте двери. Вы же ничего не теряете. раньше приходили на работу в ту дверь, а теперь в эту. Конечно до, остановки вам теперь дальше идти на целых двадцать метров, но так зарплата больше.

– Да хватит уже болтать,– остановила его женщина с довольной улыбкой. – Вот точно не к добру вы разговорились, не придет она сегодня. Будете знать.

– Да никто мне кроме вас не нужен, – не прекращал Виктор, чумея от самого себя.

– Я просто здесь жила раньше, поэтому и знаю всех. Мой дед вон в той церкви работал, когда я маленькая была. И я у него здесь каждое лето жила по долгу.

– Он что священником был у вас? – как-то вдруг притих голосом Виктор.

– Нет, там, кажется, училище было тогда, и он в этом училище завхозом был. Да его тут все знали и меня с десяти лет все знали. Мы детьми вокруг все овраги облазили. Тогда еще вон тех домов не было, – она вздохнула и снова с каким-то уважением поприветствовала проходящую по ту сторону трамвайной линии парочку уже пожилых людей.

– Тут, наверное, все изменилось с тех пор? Столько лет прошло. – Виктор уже говорил, не спеша внимательно выслушивая женщину. Интуитивно понимая, что нет ничего приятнее для женщины чем, когда ее слушают.

– Ну да. – продолжала Маргарита,– изменилось конечно, хотя и этот дом и те вон, что напротив, как были в то время, так и остались теперь.

– Да неужели впрямь ничего не изменилось с тех пор? -спросил Виктор и понял, что неприлично напоминать женщине о возрасте даже таким образом и поэтому сразу повел разговор дальше.

– А вон там между оврагом и домом кажется сад был, да?

– Там к дому был пристроен сарай, а вокруг яблони кажется, а может и нет, нет яблони дальше во дворе около детской площадки. А та дорога вдоль оврага была узкой и там телега, запряженная лошадью, ездила. Я еще совсем маленькой была и помню мы ходили с дедом на нее смотреть, и я очень боялась этой лошади. А утро было. Тепло. – она мечтательно протянуло последнее ооо.

– Да вы что. – заулыбался ее словам Виктор – А я переехал сюда всего восемь лет назад и живу вон туда вниз около церкви. Раньше была Маяковская.

– Да, да раньше была улица Маяковского. – Снова заулыбалась женщина.

– А что сарай, который был пристроен там с торца здания, зачем снесли?

– А он сгорел в перестройку. И долго еще стоял горелый. А потом там то ли ребенок упал и расшибся, то ли обрушилось все на ребенка, но его велели снести и все, -она замолчала.