Бастион: поступление
- Автор: Атомный Владимир
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Selfpub.ru (неискл)
- Жанр: Социально-философская фантастика
Электронная книга - «Бастион: поступление». Краткое содержание книги:
За окном малюет чёрным ночь, луны не видать и только далёкие лампочки звёзд не поддаются кисти, а ещё Ружияр светит вверх всеми фибрами электронного существа… такой уютный и тёплый в холодной глубине космоса. Соседские двойняшки вновь носятся и звенят голосками – у них тоже перед сном самое интересное начинается. Отложу-ка я тревожные мысли на завтра, а сейчас лучше почитаю ещё и спать.
Глава 7
Время идёт и от празднования остались лишь небольшие напоминания, правда, грусти особо места нет, ведь и учёба налегает, и клубы помогают, и юность ищет новизны. Хожу мимо картин в нашем коридоре уже не оборачиваясь на каждую и только если денутся куда-нибудь всполошусь. Часто хорошее и доброе удобно устраивается в нашей жизни, словно ему здесь и место, пока не потеряешь, особо не дорожишь. Видимо действительно – мир есть обитель добра.
Но сегодня всё же зацепился взглядом за арт, что первый о космосе, с изображением Меркурия. Просто, мысли в основном об Агнии, а шел я мимо к Веронике, заранее договорившись в сообщениях. Когда книга о ведьмах и колдуньях была прочитана, я сразу обратился к Журавлю – знаешь, мол, о проклятиях чего? Но ни он, ни даже Гаврила, темой особо не занимались, высказав очевидное – это просто миф, художественный вымысел и я рад бы руки пожать, даже обнять, соглашаясь, если бы не важные сердцу люди – Сапа и Агния. Пусть исключение, пусть реликт, но нужно всё проверить и удостовериться в стабильности, да и, может быть, удастся найти способ снять проклятье или что это такое есть… Варг тоже оказался в неведении, однако предложил узнать у Вероники, поэтому я оказался в итоге перед резной дверью и со стуком открываю.
– Добрый день, – исторг с порога я. – Ух!..
Девушка чуть ли не бросает смартфон на стол, исторгая стрелы гнева из глаз, лик обострённый, брови вместе, а на щеках наметились желваки. Ещё до всех вопросов позволяю себе полюбоваться ипостасью фурии, под её гневным взором можно ощутить смирение молодого воина перед воеводой. Хотя я скорее художник.
– Что случилось?! – спешу принять участие я.
– Всё нормально, – ответила Вероника, быстро успокаиваясь.
– Любопытство и волнение сейчас меня съедят и в кабинете, на память, останется витать лишь дух, – шучу я, намекая всё же рассказать.
Девушка очаровательно засмеялась.
– Отец вновь обставил, – пояснила она и уточнила следом, – иногда ему это удаётся.
– Слушай, а правда, что твой папа второй человек после Императора? – поминаю откровения своего отца.
– Ну, это очень приблизительная характеристика, – сказала Вероника.
– Знаешь, если бы меня на пол корпуса обошла такая фигура, с учётом, что обычно мы нос к носу, я бы даже радовался. Великий Соперник, – обозначил я, серьёзно.
Вероника только головой покачала, правда с улыбкой. У меня же на язык просятся слова:
– Но, следует также отметить твой прекрасный образ в гневе. Вот.
– Матус, Матус, чувствую, что пред тобой эти возможности не имеют силы…
Девушка встаёт из-за стола, продолжая речь:
– Хорошо, постараюсь больше не злиться. Однако для одного старосты, – подходит она очень близко и с нажимом продолжает, – немножко буду!
Меня аж опалило дыханием. Или это глаза полыхнули фиалком и чрез распахнутые веки изливается напор и стремление. Сердце зашлось, гонит теперь кровь с удвоенной силой, не скрывая, гляжу восхищённо, всем видом являя счастье, ибо Вероника такая яркая, страстная и волнующая.
– Да… если только немножко, – с трудом произнёс я, – а то этого уже хватает, чтобы свести с ума.
Слова срываются с языка, словно я не хозяин, за что слышу ответ, под почти представленный к моим же губам палец:
– Прошу не забывать, что сойти с ума могу и я.
Ах, этот неловкий, полный напряжения момент, сознание плывёт, но усилием воли беру управление и уже в голос:
– Да-да, всё очень убедительно. Могу ли попросить чашечку кофе по случаю, дабы немного, э-э… подумать?
– Конечно. Для Вас сделаю особую – мыслительную, – поддержала Вероника.