Мишка и Трубочист

- Тапочках? - не понял Михаэль.

- Да, в женских тапочках.

- Не знаю, у меня нет никаких женских тапочек.

- Но на ней были.

- Это так важно?

- У меня в твоем доме не было тапочек.

- Купим, - твердо пообещал Михаэль. - Вот прилетишь, а они стоят в коридоре, тебя ждут. И я вместе с ними.

- В коридоре? - она позволила себе иронию.

- Нет, у меня не хватит терпения ждать тебя в коридоре. Я буду встречать в аэропорту.

- Она выпроводила меня из твоего дома и сумку с вещами отдала.

- Сумку? Твою сумку?

- Только не говори, что ты этого даже не заметил!

- Ты думаешь, я сплю твоей сумкой?

- Там были все мои вещи, даже зубная щетка.

- Да, я все собрал. Зубную щетку положил, когда вернулся из Москвы и решил, что между нами все кончено.

- Помогло?

- Нет, не помогло. Я убрал твою сумку в шкаф, но легче мне от этого не стало. Почему ты уехала, не попрощавшись? Не оставив номера телефона?

- Про телефон я просто забыла, - пояснила Мишель. - Понимаешь, позвонила Настя, сказала, что Виннер лежит в больнице с пневмонией, на ИВЛ. Я безумно испугалась. Металась по дому, искала лист бумаги и ручку, чтобы написать тебе записку. Не нашла и написала помадой самое важное. Только в Москве поняла, как сглупила. Я даже фамилии твоей не знала. Ни фамилии, ни адреса, ни телефона. Павел болел, я каждый день ездила к нему. Мне все казалось, что это вот-вот закончится, и я смогу вернуться. Но ничего не заканчивалось. Меня засасывало какое-то болото, никак не могла из него выбраться. А потом Павел предложил вновь быть вместе, а услышав, что я этого не хочу, признался, что ты приезжал. Господи, я чуть с ума не сошла, когда слушала, что он тебе наговорил! Как только смогла вырваться с работы, полетела к тебе, а там женщина. Молодая, красивая. Говорит, что твоя невеста. Что у вас свадьба в мае.

- Почему ты не дождалась меня?

- Дождалась. Я видела, как вы целовались у машины, а потом уехали.

- Мы не целовались. Эта пьяная дура повисла на мне. Пришлось везти ее к брату.

- Я ждала тебя всю ночь, сидя под дверью.

У Михаэля вытянулось лицо.

- Где?

- В подъезде твоего дома. Всю ночь.

- Вот я дурак! - он схватился за голову. - Я выпил рюмку и завалился спать.

- Где?

- У Андреаса, где же еще. Привез эту малахольную, сдал с рук на руки. Он ее запер в спальне и предложил по пятьдесят грамм коньяка. Я отказывался, собирался домой. А потом махнул рукой. Кто меня дома ждет? Никто. Так какая разница, где спать?

- Я тебя ждала.

- Клянусь, буду ночевать только дома, - торжественно пообещал Михаэль.

- Клянусь всегда быть на связи, - в свою очередь дала слово Мишель.

- Ловлю тебя на слове, - он погрозил ей пальцем.

Они замолчали, жадно разглядывая друг друга. Их тянуло друг к другу, как магнитом. Медлили, словно никак не могли решиться. Поверить, что наконец-то встретились. И никуда не надо спешить, и нет никого между ними. Хотелось дотронуться. Прижаться губами. Ощутить такое родное тело. Но никто не решался сделать первый шаг.