Он приходит по пятницам

(Aut nihil, – закончил про себя Миша, подумав в очередной раз, – смотри-ка, юридическое образование… по-латыни шпарит).

– Так вот. Я тоже считаю, что центральный пункт в этом деле – по крайней мере, в том, что нам про него известно, – это многократные появления «трупа» (что там на самом деле появлялось, мы можем только гадать, но выглядело это как труп, который, в конечном итоге, и был обнаружен). Можно сказать, что эти появления/исчезновения и есть самая загадочная деталь во всём деле. И ты, по-моему, совершенно прав в том, что, если бы нам удалось эту загадку разгадать и понять, кто, каким образом и, главное, зачем придумал и осуществил всю эту чертовщину, мы бы сделали большой шаг вперед – может быть, и решающий шаг в раскрытии дела.

Всё это так. Я и сам, конечно, уже об этом думал. Но все такие рассуждения – бесспорные, по-моему, – взгляд лишь с одной стороны. А с другой… Вот смотри, как я рассуждаю, – и попробуй придраться. Не надо придирки в вату оборачивать, формулируй прямо в лоб. Не миндальничай, не бойся меня обидеть. Я, если и обидчив, то в меру… в деловых вопросах, я имею в виду. – Костя ухмыльнулся, но прерываться не стал. – Я веду к тому, что найти ответ на эту – очень важную, как мы условились, – загадку мы сейчас не в силах. Не вижу никаких зацепок, отталкиваясь от которых, мы могли бы что-то сделать, что-то узнать, выяснить, что могло бы натолкнуть нас на желаемое решение…

Проще простого было бы объяснить всю загадочность тем, что вахтерша банально врёт (сочиняет, галлюцинирует – не важно!), и никаких появлений/исчезновений не было. Правда, тогда пришлось бы обосновать: зачем? в чем здесь ее корысть? Но это дело второстепенное, а главное, при таком объяснении бóльшая часть загадочности исчезает сама собой. Всё становится намного проще, так что такой путь рассуждений выглядит наиболее перспективным, если не очевидным. И всё бы хорошо, но этот путь – а ведь на него, в конечном итоге, свернули те, кто начинал заниматься этим делом, – пройден уже до логического, можно сказать, конца. Всё замечательно объяснилось, и диагноз уже бабке поставили, порадовались, что дело не стали открывать, и… опа-на, приехали! Опять он появился. И тут уже налицо факт, который никакими выдумками не объяснишь, – самый реальный труп, со всеми вытекающими подробностями. Значит надо начинать всю канитель сначала. Теперь ясно, что в первые разы труп был ненатуральный (Мизулин, чтобы ты не сомневался, до последнего дня исправно ходил на работу – меня в этом десять, по меньшей мере, человек заверили в ихнем «Лифтмонтаже», да и соседка утверждала, если помнишь, что он только в восьмом часу в пятницу покинул их квартиру – жив, значит, был) и только потом этот «псевдо-труп» натурализовался – и проделал это убедительнейшим образом. Так что мы теперь должны об этом думать? Единственное, что можно предположить: кто-то (скорее всего, сам Мизулин) дважды выступал в виде будущего трупа и затем, не дожидаясь аплодисментов, стремительно исчезал со сцены. Такой вот остроумный розыгрыш. Чушь какая-то! Зачем весь этот маскарад? Чего они хотели добиться таким образом? Я не понимаю. И главное, не вижу, с какого бока можно к этой чепухе подъехать, чтобы хоть что-то понять. Если у тебя есть какие-то мысли, выкладывай. Но погоди чуть-чуть, я сначала закончу свои рассуждения – я уже к выводу перехожу.