Весь Мегрэ. Том 1 [компиляция]

— Врач. Женился в двадцать пять лет на некой Селине Морне из Этампа. Устроился в Тулузе, где и учился. Жизнь вел довольно беспорядочную. Вы меня слышите, комиссар?

— Очень хорошо слышу. Продолжайте.

— Я взял все дело, потому что на карточке почти ничего не значится… Так вот. Эта пара быстро залезла в долги. Через два года после женитьбы, в двадцать семь лет, Даршамбо обвинен в отравлении своей тетки, Жюли Даршамбо, которая приезжала в гости к этой чете в Тулузу и порицала их образ жизни. Тетка была богата. Даршамбо были ее единственными наследниками. Слушание дела было бурным… Отчеты читать? Процесс тянулся восемь месяцев. Заседания часто приходилось переносить. Большинство полагало, что обвиняемого оправдают, в особенности после показаний его жены, которая поклялась, что муж ее невиновен и если его отправят на каторгу, она последует за ним.

— Осужден? — спросил Мегрэ.

— Пятнадцать лет каторжных работ. Постойте! В нашем досье ничего больше нет. Но я послал велосипедиста в Министерство внутренних дел, он только что вернулся…

Было слышно, как Бенуа говорит с кем-то, как перебирают бумаги.

— Ну, вот… Это мало что даст. Директор Сен-Лоран-дю-Марони[20] хотел, чтобы Даршамбо работал в одной из больниц исправительной колонии. Тот отказался. Поведение у него хорошее. Послушный каторжник. Только одна попытка к бегству — вместе с пятнадцатью дружками, которые потащили его за собой. Пять лет спустя новый директор пробует, что называется, перевоспитать Даршамбо, но тут же отмечает на полях отчета, что в каторжнике, которого ему привели, ничто не напоминает о бывшем интеллектуале или даже о человеке с известным образованием. Вот так! Это вас интересует? Когда его назначили санитаром в больницу при Сен-Лоран, он сам просил о том, чтобы его вернули на общие работы. Он кроток, упрям, молчалив. Один из его собратьев врачей, заинтересовавшись этим случаем, наблюдает за ним с точки зрения его умственных способностей, но не может сказать ничего определенного. Он пишет, подчеркивая эти слова красными чернилами: наблюдается постепенное затухание умственной жизни и в то же время что-то вроде гипертрофии физического начала. Два раза Даршамбо уличен в воровстве. Оба раза он ворует съестное. Второй раз — у каторжника, скованного с ним одной цепью; тот ранит его в грудь куском заточенного кремня. Приезжавшие туда журналисты напрасно советуют ему просить о помиловании. Отбыв свои пятнадцать лет, он остается на месте, нанимается подсобником на лесопилку, где ухаживает за лошадьми. В сорок пять лет он рассчитался с законом. След его теряется.

— Это все?

— Я могу послать вам дело. Я изложил только основное.

— О его жене нет никаких сведений? Вы говорили, что она родилась в Этампе, не так ли?.. Благодарю вас, Бенуа.

Бумаги посылать не стоит. Достаточно того, что вы сказали.