Моя невинная девочка

Торможу, чувствуя, что она полностью расслабилась и готова к моему варварскому напору. Несу в спальню, бросаю на кровать и тут же переворачиваю на живот. Нависаю сверху. Облизываю шею, веду языком вдоль позвоночника, собирая им мурашки. Соня сексуально выгибает спину, приподнимая попку, которую я нещадно мну и пару раз шлепаю, с удовольствием отмечая, как кожа окрашивается в красный. Сажусь сверху, развожу ягодицы в стороны, любуясь открывшейся мне картинкой. Снова пристраиваюсь у входа и погружаюсь. Теперь, когда сбил оскомину, я могу играть, мне должно хватить на это терпения. Вхожу глубоко, и Соня выгибается сильнее, поднимая попку кверху. Хватаюсь за ее бедра и ускоряю темп. Нет, не хватит. С этой девочкой никакого терпения не хватит, даже ангельского. Потому что она слишком соблазнительная, горячая. Меняю угол, чтобы попадать в заветную точку, и Соня начинает задыхаться. Ее стоны переходят во вскрики и хрипы, когда я долблюсь в нее, уже совершенно не щадя ни одного из нас. Голова кружится, внутри так горячо. Сумасшедший контраст, когда я выхожу и снова погружаюсь. Мне жарко, я чувствую, как по позвоночнику стекает пот, но ни за что на свете я сейчас не остановлюсь. Сдохну, но дождусь момента, когда внутренние мышцы Софьи сожмут мой член и начнут пульсировать.

Я не стимулирую клитор, не трогаю грудь, хочу, чтобы она кончила только от моего члена. Это такое нереальное ощущение – знать, что твоя девушка способна достичь оргазма лишь от того, что ты находишься в ней. Сжимаю челюсти, потому что сам долго не продержусь, слишком много ощущений для меня. Упираюсь ладонями в кровать и жесткими, мощными толчками довожу Соню до исступления. Она выкрикивает мое имя и что—то неразборчивое, а потом ее накрывает. При первой же пульсации я следую сразу за ней, отпуская себя и позволяя оргазму случиться. И даже если бы мир вокруг нас сейчас рухнул, я бы этого даже не заметил. Потому что единственное, что я способен сейчас воспринять – это близость моей девочки.