Золотой фонд детектива. Том 7
- Автор: Выджиньский Анджей
- Год: 1992
- Язык: русский
- Год: Днепркнига
- Переводчик: Ариадна Григорьевна Громова
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Золотой фонд детектива. Том 7». Краткое содержание книги:
С этими словами он вышел из машины и открыл заднюю дверцу. Те двое, что пахли прогорклым акульим жиром, не шевельнулись. Один из них, слева, отозвался:
— Нет, спасибо.
— Выходите, — сказал Тапурукуара.
Мерфи протиснулся между спинкой переднего сиденья и приподнятыми коленями одного из своих спутников. Тогда с противоположной стороны вылез тот, который сидел справа.
Тапурукуара стоял у открытой дверцы, опершись на нее левой рукой.
Мерфи отошел на несколько шагов и остановился перед стеной высокого тростника. «Господи, только бы они меня теперь не прихлопнули, — подумал он, — я ведь дал им пятьсот долларов».
Внезапно его охватило отвратительное, обессиливавшее чувство страха, от которого судорожно сжался желудок, напряглись слабеющие мышцы, пересохло горло и полезли на лоб глаза. Ужас был так велик, что Мерфи присел на корточки и уперся ладонями во влажную землю. «Господи, да у меня, кажется, понос», — подумал он.
Я позвонил бою, тот появился почти в ту же минуту.
— Тебя зовут Эскудеро?
— Да, мистер.
— Ты всегда обслуживаешь приезжих с Севера, потому что знаешь английский?
— Эскудеро знать английский. Второй бой, третий бой в «Космосе» не знать английский, мистер.
— Ты знал мистера Мерфи?
— Эскудеро не знать мистер Мерфи. Второй бой знать. Мистер хочет говорить с мистер Мерфи? Вы знать мистер Мерфи?
— Не знаю и не собираюсь с ним разговаривать. Вчера метрдотель сказал мне, что здесь живет такой джентльмен и еще двое других из северных штатов.
— Эскудеро поискать мистер Мерфи. Пойти и сказать: мистер Кастаньо хочет говорить с мистер.
— Ты меня не понимаешь, Эскудеро. Я не знаю этого человека и не хочу с ним говорить. Правда, мне бы пригодилось знакомство с каким-нибудь американцем, который давно живет в Сьюдад-Трухильо и сможет мне помочь. Я подумал, что это сумеет сделать кто-нибудь из обитателей гостиницы.
— Мистеру никто не понадобится. Эскудеро все знать, все устраивать. Альварадо сказать Эскудеро: мистер Кастаньо хотеть копать земля, хотеть найти старая фигура, которая иметь один тысяча лет, другой тысяча лет, третий тысяча лет. Эскудеро все устроить, мистер. — И, должно быть, преднамеренно спросил по-испански: — Чем могу быть полезен?
Я заглянул в словарь, притворяясь, что не знаю языка.
— Gracias mozo de hotel, — сказал я. — Правильно? Завтра я скажу, чем ты можешь мне быть полезен.
— Gracias — значит, благодарить, mozo — значит бой. Мистер Кастаньо хорошо говорить. Эскудеро ходить искать мистер Мерфи.
— Да отвяжись ты со своим мистером Мерфи! Убирайся отсюда!
— Si seroidor, sinor, — ответил он. — Как вам угодно.
Я открыл словарь, делая вид, что ищу эти слова.
Тапурукуара возвращался в Сьюдад-Трухильо по дороге, пробитой в южном склоне огромной гряды Центральных Кордильер.
Сзади молча сидели оба его спутника, провонявшие акульим жиром. «Падаль, — подумал Тапурукуара, — такая же падаль, как Мерфи, как все убитые и как все живые. Черномазые и краснокожие, мстительные и лживые подонки — из них любой безумец может сделать, что захочет. Такой вот Трухильо, безмозглая скотина, который не смог выучиться даже азбуке Морзе… А они, дрожа от страха и восторга, лижут ему сапоги, ползают перед ним на брюхе! Падаль!»
Он пошарил жилистой рукой где-то позади себя и из щели между спинкой и сиденьем вытащил плоскую бутылку виски. Отвинтив крышку, он понюхал содержимое и поднес бутылку ко рту. Оторвав горлышко от влажных губ, Тапурукуара приблизил ее к циферблату светящихся часов и убедился, что выпил половину. Не оборачиваясь, он передал бутылку назад; ее подхватила вынырнувшая из темноты рука, послышались шепот и бульканье.
Тапурукуара подумал: наверное, память у него такая хорошая потому, что он никогда ни секунды не тратит зря, постоянно припоминая эпизоды своей жизни параллельно с историей Доминиканской Республики. Вся его жизнь была неразрывно связана не с теми событиями, которые отражались на страницах газет или в парламентских дебатах, а с настоящей историей, скрытой от всего мира, творящейся в полутьме, благоразумно просеянной сквозь густое сито интересов государства и официальной лжи. Тапурукуара знал, что остается на дне сита, этот гнилостный запах был ему хорошо знаком.
…На чем же он остановился? 1930 год, захват власти. — Итак, сначала — в феврале — мятеж Эстрелла Уреньи в Сант-Яго и отставка президента Васкеса. В марте Уренья становится временным президентом; в апреле он снимает свою кандидатуру; красный «паккард» осыпает улицы садом пуль. В мае разделываются со всеми кандидатами на пост президента, в июне погибает министр финансов и еще несколько десятков человек, в июле приходится убрать генерала Ларанкуэрта… Так делается история…