В ритмах Черной Африки
- Автор: Киндрова Либуше
- Год: 1985
- Язык: русский
- Год: Наука. Главная редакция восточной литературы
- Переводчик: И. Мачульская
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «В ритмах Черной Африки». Краткое содержание книги:
Мишель Глеле простился с нами у ворот дворцов. Он не рассчитывал на гонорар, хотя таким обслуживанием, вероятно, в каникулы и зарабатывал деньги. С благодарностью принял книгу о Праге, которую мы на всякий случай взяли с собой. Когда я спросила его, что он будет делать по окончании университета, он сказал:
— У нас работы хватит всем, ведь вы это видите сами.
В городе Абомее более 30 тыс. жителей. Он во многом похож на другие города Африки, но тем не менее у него свое, неповторимое лицо. Мы обнаружили это сразу, в первой улочке: она буквально вся была увешана пестрыми тканями — на стенах домов, на деревьях, шестах. Не только эта улочка, но и весь город был одним огромным цехом, в котором производились абомейские ткани. Всюду, куда ни посмотришь, сидели мужчины с иглами и на черную или желтую ткань нашивали разноцветные лоскутки. Вокруг — них носились мальчишки и помогали им вдевать нитку, подавали материал или вырезали по образцам различные кусочки. Нигде за этой работой я не видела женщин. Она традиционно мужская. Аппликаторы когда-то тоже жили при дворе правителя, декоративные ткани, как и другие виды художественных ремесел, являлись монополией правителя. Мастера прославляли его и участвовали в создании королевских символов, аллегорий и панегириков. У таких художников был свой классик, один из немногих, которые уже не были анонимными. Таким стал Мишель Имади, живший при дворе короля Глеле. В его мастерской работали 130 человек. Этот мастер создал символы последних 12 королей. Язык его символов фактически сохранился до сих пор, это он создал славу местным декоративным тканям.
Рядом с традиционными символами правителей, которые можно увидеть на калебасах, керамической посуде и предметах украшения, в современном дагомейском искусстве появляются новые символы, отражающие народную мудрость, обычаи и пословицы. Это началось после того, как абомейские аппликаторы уже перестали быть собственностью двора короля.
С помощью символов сегодня передают и имена простых смертных. Так возникают художественные загадки, которые можно увидеть на шторах, одеялах и одежде во время различных событий, таких, как рождение ребенка, свадьба, погребение и пр. Все зависит от изобретательности мастера, какими символами ему удастся выразить конкретное имя. Чем эти символы остроумнее, оригинальнее и понятнее, тем больше ценится работа.
В абомейоких улочках рядом с традиционным дагомейским искусством, отражающим богатую духовную жизнь сегодняшней Африки, мы видели и подделки: фигуры индейцев и ковбоев, составленные из цветных кусочков, фигурки-плагиаты из фильмов Диснея — пример воздействия коммерции и невзыскательного вкуса зарубежных туристов. Так здесь продвинувшаяся вперед «западная цивилизация» выражает свою признательность африканскому искусству за то, что в самом начале нашего столетия оно оказало влияние на творчество таких титанов, как Пикассо, Брак, Модильяни, Вламинк.
Прощание в аэропорту Ломе было долгим, торжественным, трогательным. Представители министерства нас заверяли, что с удовольствием будут работать с нами и впредь.
Потом уже из окна самолета мы в последний раз увидели прибрежную саванну, тропический лес и город Кпалиме с горой Агу. Совершив посадку в Ниамее и выйдя из самолета, я осмотрелась: не увижу ли среди пассажиров моей знакомой польки? Но такие случайности редки. Над Сахарой в салоне самолета демонстрировали ковбойский фильм. Спустя девять часов стюардесса объявила пассажирам, что через несколько минут «Боинг» приземлится в аэропорту «Шарль де Голль».
Прошло еще немного времени, и Того стало лишь воспоминанием. К «ему нас возвращали фотографии и предметы, в которых было столько простоты и совершенства, столько естественного таланта их создателей. Нам казалось, что на этом для нас Того закончилось. Но прошло несколько недель, и раздался телефонный звонок:
— Бонжур, говорит Батаско, я прилетел из Ломе. Мне холодно, мог бы мсье Киндр пойти со мной купить пальто?
Это был сын вождя кабре, он приехал учиться в Братиславу.
Потом пришли первые письма из Того. Писали игроки, тренеры, учителя и пастор Кналл. Мы узнавали от них, что в Бассаре построили новую площадку для волейбола, что в Баду провели турнир, в Канте создали женскую команду, сборную пополнили новые игроки, режим тренировок строго соблюдается… Эти письма, чаще всего очень короткие и деловые, были лучшим свидетельством того, что работа в Того была не напрасной.