Расправляя крылья 2. Полет нормальный [АТ]

— Как активность во внутрешкольных сетях? — задал я вопрос, активировав линию связи с Катариной. Та, помолчав, задумчиво произнесла:

— Весьма и весьма. Девочки говорят, такое чувство, что на этой паре вся школа не училась, а сидела в сети. Возрастание активности на четыреста пятнадцать процентов по сравнению с предыдущей парой. Причем пик активности под конец пары, со второй ее половины.

— То есть, первая половина — столовая, — уточнил для себя я. — Первую половину все наслаждались нашей акцией там. Вторая — наше избиение троих выродков прямо на парах и вызов, брошенный Адриано.

— Получается, да, — согласилась она.

— Катарина, план тот же, — продолжил я раздачу ЦУ, — но управление им передаю тебе. Момент до избиения Адриано на мне, но как только начнется атака…

— Конечно, Хуан. — Она ехидно улыбнулась. Я не видел, чувствовал. — Не думал же ты, что я позволю тебе командовать после начала большой атаки?

Я про себя усмехнулся. Бахвальство — нас ведь слышат. Я смогу координировать действия после атаки, так как школу знаю лучше всех. А что еще нужно для провода по ней штурмовых групп?

Но не надо брать на себя всё, добром это не кончится. У меня есть Катарина для решения стратегических вопросов — вот пускай и решает их. Как дочери единорога будут решать свои вопросы, гвардия Селесты — свои, а Бенито Кампос — свои.

На визоре Розы появилась группа наших противников. Собирались они медленно, возле первой оранжереи, и к ним постоянно подходили новые люди. Растерянные, осознающие, в какое дело ввязываются, но готовые идти до конца — как я и предполагал. Под занавес перемены набралось три десятка человек, среди которых были не только представители банды Манзони. Некоторые другие подонки, мнущие себя элитой, а титуляров быдлом, так же присоединились к Адриано, видимо, осознавая, что после него примутся за них, и бить их есть за что.

Адриано, стоявший молчаливо, неохотно отвечая на вопросы подошедших камаррадос (сбором и организацией группировки занимался не он, а его ближайшие сподвижники), вдруг отошел в сторону и с кем-то заговорил. Разговор этот, судя по эмоциям на лице, был очень жестким. Адриано спорил, до хрипоты, что-то доказывал, затем перешел к мольбам, но под конец опять повысил голос. Договориться ему явно не удалось, каждый остался при своем мнении, и это могло внести в план коррективы.

— Катарина, удалось перехватить, с кем наш звездный мальчик разговаривал? — нахмурился я, вновь активируя четвертую линию. В ответ получил усмешку.

— Нет. Каналы связи таких людей не прослушиваются, Хуан. А если и прослушиваются, то инстанциями не чета нашей.

Все ясно. Отец. Не глава СБ — не те эмоции. Значит, играть будем на отцовских чувствах сеньора Умберто, раз он лично следит за происходящим. Если не даст команду выволочь сына силой до начала сшибки, можно сказать, план упрощается — отец это не холодный уравновешенный профи из СБ.