Стань моей свободой

Но да. Когда у Ильи Петровича случились проблемы с Пенсионным фондом, я попросила отца дать ему бесплатную подробнейшую консультацию. Когда Олиных родителей сократили с одного и того же завода, и она рыдала в дальнем углу склада, приятельнице в кредитовавшем их банке звонила тоже я. Всякое было и мне никогда не было сложно позвонить, узнать или притормозить. Как тогда, когда на, уволившуюся в прошлом году, Ирину едва не повесили долг отчима.

— Я не мать Тереза и далека от благотворительности. — Многозначительно хмыкает Женя, всегда работающий в детские дни, знающий гораздо больше того, о чём я говорю. Уже потому, что сам когда-то был воспитанником Марии Николаевны. Она сама мне рассказала. — А ещё у меня отвратный характер, но своих людей я ценю уже за то, что их мало. Настолько, что почти все они здесь, — без тени смеха я обвожу рукой стоящих передо мной людей.

— А Алла? — вступает Катя.

— С ней у нас возник ряд разногласий, которые не удалось решить. — Она хотела моего мужчину, мой бизнес и мою жизнь. Непреодолимые разногласия. — Поэтому мы решили расстаться. В общем, так, — хлопнув в ладони, я заставляю их вынырнуть в реальность, — Женя, пожалуйста, доведи всё, что мы тут обсудили, до завтрашней смены и на этом закончим. Прошу всех разойтись по своим рабочим местам.

Медленно и словно нехотя, Катя, Оля и Илья Петрович выходят из кабинета, оставляя мне двоих своих, не стремящихся к работе, коллег.

— Жень, я догадываюсь что ты хочешь мне сказать, — не испытываю я восторга, — откройся, пожалуйста, а потом поговорим.

— Как скажете, Алиса Константиновна, — тоже не особо счастливый, он, наконец, идёт работать.

— Лера. — Жестом пригласив её занять кресло, я возвращаюсь за свой стол. — У тебя остались вопросы?

— Могу я узнать, что не так с Аллой? Нет, вы не подумайте, — быстро перебивает она, открывшую было рот меня, — просто это она меня устроила к вам работать. Мы родственницы. Дальние, конечно, но всё же…

— Я не буду распространяться, — качаю я головой. — Если интересно, поинтересуйся у Аллы.

— Хорошо, — вздыхает она, но продолжает сидеть.

— Лер, если я тебе не нравлюсь, скажи прямо, — тоже вздыхаю я. — Мы не в детском саду, чтобы говорить об обидах.

— Нет. Что вы, конечно, нет! — Видно, что что-то не даёт ей покоя, но мне никогда не нравилось разгадывать чужие тайны. — Просто… Я не знаю как об этом сказать.

— Говори как есть.

— Алла, она… — ещё один тяжёлый вздох. — Она встречалась с вашим женихом, я увидела его, когда он приходил, и вспомнила. — Видимо, боясь не договорить, она ускоряется. — Около года назад. Они сидели в кофейне тут недалеко и разговаривали. Улыбались. Я ехала из института и мне нужно было пособие по экономике, вот я и решила, что лучше всего купить его у себя, тем более, что у сотрудников скидки… ну вы знаете. Шла от остановки и увидела их через стекло, а когда вы сказали про её увольнение… — Лера поднимает извиняющийся взгляд. — Алиса Константиновна, простите, что я не сказала сразу! Не подумала, что это может что-то значить, да и плохо помнила вашего жениха. А сейчас словно картинка сложилась…