В мир снов за покупками

Он ждал моего ответа, его жертвы ждали моего приговора, а я думала совсем о другом.

— Как же ты выглядишь, интересно? — пробормотала я.

— Меня невозможно увидеть, Олиэшша, — спокойно, словно мы вели светскую беседу, пояснил наследный принц. — Мой истинный облик вечно скрыт во мраке. Мрак — часть моей сущности. Но если бы я и мог отдернуть завесу тьмы, боюсь, человеческие глаза не вынесли бы увиденного.

Я хмыкнула. Это он так витиевато назвал себя чудовищем? Забавно.

— Получается, согласись я на свадьбу, я никогда не увидела бы тебя? Даже во время… эээ… более тесного взаимодействия? — страшно заинтересовалась я, в красках представляя себе возможную семейную жизнь.

— Я принял бы приятный тебе облик, — неожиданно огорошил Ашша. Кажется, его совсем не смущал проявленный мной интерес к интимным аспектам.

— А ты так можешь? — Сколько открытий за один раз!

— Могу.

— Почему же тогда вы не делаете этого для других?

— Зачем? Они недостойны наших усилий. Кроме того, это один из механизмов, помогающих охотиться, — принимать облик, приятный жертве, чтобы приманить ее и внушить ложное чувство безопасности. Показываясь в плащах, мы тем самым демонстрируем, что пришли не на охоту, а на переговоры.

Я искренне рассмеялась, оценив иронию.

— Ты смеешься, Олиэшша, — выдохнул Ашша. И хоть он по-прежнему говорил ровно и безэмоционально, я без труда улавливала все, что он хочет сказать. Например, сейчас ему захотелось узнать о причинах моего веселья.

— Я подумала о том, что механизм для охоты на жертв с той же эффективностью можно применить и к охоте на девушек. Приманить желанной личиной, внушить ложное чувство безопасности, а потом, когда она привяжется, раскрыть правду и утащить к себе в убежище.

Ашша гулко хмыкнул. Честное слово! Впервые услышала от него что-то, что можно расценивать, как смех. Кажется, я умудрилась позабавить чудовище.

— С тобой бы это сработало? — внезапно заинтересовался он.

— Хороший вопрос! Прямо сейчас, пожалуй, нет, — подумав, ответила я. — Но до недавнего времени я была закрытой замкнутой скромняшкой. Так вот та, скромная Альшира, так боялась мира, что должна была бы сначала основательно привыкнуть к новому знакомому и начать доверять ему, прежде чем допустить даже мысль о возможных отношениях.

Ашша замолчал. Он размышлял. Интересно, о чем? Хотелось бы подглядеть в его мысли.

— Я бы дал тебе привыкнуть. У тебя было бы столько времени, сколько нужно, — наконец, изрек он. — Если бы ты согласилась стать моей невестой.

Я повернулась в его руках и задала вопрос, который интересовал меня с того самого момента, как на вечеринке Ашша сделал мне предложение. Точнее, его сделал от его имени Урр.