Электронная книга - «Мой папа самый лучший». Краткое содержание книги:
Никогда не думала, что мужчину с кольцом запросто может переплюнуть шустрая десятилетняя девочка. Случайно заглянув в мой кабинет и устроив мне допрос с пристрастием, она сделала мне предложение, которое повергло меня в шок!!!
«Будьте моей мамой!» — неожиданно выдала она.
Хлопать глазами и ушами некогда. Надо немедленно решать эту проблему. Лучше кардинально.
Вскидываю на него глаза.
Остро.
Строго.
Невозмутимо.
Какие тут могут быть вообще колебания?
Должно быть, мои серо-зеленые глаза в этот миг просто позеленели.
— Ты и вправду думаешь, что я могла бы убить ребенка? — абсолютно глухим голосом произношу я.
И выпуская слова из своей грудной клетки, мой голос с ходу приобретает хрупкость и уязвимость. Он будто окрашивается в светлый цвет. Белый.
Смотрю на него, не мигая, не снижая и градуса высказанной претензии. И понимаю, что сталкиваюсь с подобием детского упрямства, которое может, безусловно, ранить душу, но, к сожалению, не осознать оного.
Потому злиться, отвечать тем же я не могу.
Четко понимаю необходимость расставить точки над i.
Сказать правду придется.
Как бы трудно мне это не далось.
Иначе это слепое неведение, может привести к весьма ужасным последствиям.
Бывший молчит, поняв, что вступил не в то болото.
Я а меж тем титаническими усилиями избавляюсь от какой-то доли напряжения и обиды. И медленно втягиваю в легкие воздух перед признанием.
— Нет, Иван. Твое предположение неверно. И раз уж у тебя возникают подобные мысли, то ты прав, я должна с тобой наконец-то объясниться и сказать, что послужило причиной моего тогдашнего поступка.
Говорю, как адвокат на переговорах, а под конец голос сдает.
Обрывается.
А глаза увлажняются.
Моргаю, чтобы не заплакать.
Я сама не заметила, как села прямо. Сложила перед собой руки замком. Еще один вдох. Выдох. И…
— Я не могу иметь детей.
Иван хлопнул глазами пару раз, но какой-то явной для меня реакции не выдал. Показалось, что призадумался мой бывший и только.
— Не понял, — растерянно мотает головой.
Черт…
— А что тут не понятного, Иван? Я сказала тебе правду коротко и ясно. «Я не могу иметь детей», — внешне спокойно и четко произношу я, а саму уже разрывает.
Не хочу плакать.
Не хочу унижаться.
Не хочу признаваться в том, что я не такая как все.
Но, по-моему, придется.
Мазнув взглядом в сторону резко выдыхаю. Поднимаю сцепленные пальцы выше, будто прячась за ними, и признаюсь:
— Я не могу иметь детей. Ни родить сама. Ни заморозить яйцеклетку и потом воспользоваться услугами суррогатной матери. В общем, никаких шансов на материнство, — грустно оскалилась я, разведя руками перед бывшим.
Вот теперь, кажется, он понял. Ошеломленно раскрыв рот, он так и отпрянул к спинке плетеного кресла.
Судя по прищуренным глазам, в голове его шли мыслительные операции.
Говорить — ничего не говорил.
Думал.
А тем временем принесли кофе.
Я как знала, что бывший не опоздает навстречу, заказала и ему то кофе, которое он любил.
Официантка ушла.
— Спасибо, — говорит он мне насчет заказа.
Его благодарность я встречаю снисходительной и немного отчужденной улыбкой.
Мы что сейчас о погоде разговаривали? Или я тут душу на изнанку вывернуть пыталась?
Делаю размеренный и глубокий вздох, глядя на улицу. Начинаю обдумывать план побега, когда мужчина напротив берет слово:
— Лиза, — перевожу на него свое внимание, — ты с самого начала знала, что бесплодна?
Вопрос звучит осторожно, но неприятно.
— Ты имеешь в виду начало наших отношений? Нет. У меня была операция несколько месяцев назад. Я сделала все, чтобы максимально сохранить сей факт в тайне. Никто не знает, — признаюсь я и ощущаю дикое желание закурить.
Раскладываю ладони на скатерти и расправляю несуществующие складочки плотной ткани.
Смотреть куда угодно — только не ему в глаза!
— И что это было? Рак? Болезнь?
Пожимаю плечами, не желая давать ответ в рамках медицины.
— Генетика, плюс фактор риска, — встречаюсь с ним глазами, — все произошло стремительно. Врач чудесный. Реабилитация не потребовала значительного периода.
К горлу подступает комок. На глаза вот-вот готовы навернуться слезы. Снова увожу взгляд.
— Иван, пожалуйста, не задавай мне вопросы на медицинские темы, — в голосе моем определенно слышны слезы.
Да что уж говорить, они уже выступили у меня на глазах, и я вынуждена обмахиваться ладонью.
Дышу.
Медленно.
Вдох-выдох.
— Когда. Ты. Узнала?
Из груди вырывается судорожный вздох.
— Там, в Париже и узнала.
Поворачиваюсь к нему, а в глаза посмотреть не могу, тянусь за треклятым носовым платком. Чувствую, понадобиться.