Нежный взгляд волчицы. Замок без ключа

Ну, а поскольку книга Руфа очень уж напоминает стандартный аналитический обзор, какие в ученом мире встречаются редко, а вот в полиции и спецслужбах имеют большое распространение… В конце концов, всего-то несколько потраченных минут… Код доступа в Камору, недолгий поиск в соответствующем разделе…

Есть в списках агентуры восьмого департамента Септимер Руф! Досье списано в архив по причине смерти означенного (специальное расследование не проводилось – ну, здесь все зависит от ситуации, иногда следствие назначают, иногда – нет. Следовательно, Руф совершал какую-то частную поездку, а не ехал по заданию восьмого департамента).

Собственно, определение не вполне точное. Руф был не агентом и не информатором – своего рода научным консультантом, как мэтр Анрах у Сварога. В досье – четыре его отчета, по стилю изложения и оформлению как две капли воды похожие на «Рассуждения о душах деревьев и волков» – каковых в досье нет. Все четыре касаются нарушения «Закона о запрещенной технике»: смотрите-ка, чистой воды гуманитарий, но занимался работой, которая скорее подошла бы технарю. Ну что ж, всякое случается, книжники не всегда делятся на гуманитариев и технарей, порой совмещают то и другое. А Руф их, следовательно, освещал. Никаких странностей – подобных консультантов из числа земных жителей и сегодня хватает у имперских спецслужб, в том числе уже имеется парочка и у девятого стола, да и у Интагара они есть. Странность можно усмотреть в другом. Судя по досье, Руф до самой смерти работал на восьмой департамент. Два года с парой недель. Так вот, за первый год он приготовил те самые четыре отчета – серьезные, потребовавшие немалых трудов. А в течение года следующего не сдал ни единого. Либо ему ничего не поручали, хотя обычно научным консультантам столь долгих «каникул» не устраивают. Либо поручили что-то такое, что потребовало года работы (прецеденты были уже при Свароге, не говоря о прежних временах) – но в досье ничегошеньки о таком задании нет.

Дальнейший поиск идет в стандартном, можно сказать, направлении. Кто был его полевым куратором? Вот он, никаких тайн, ситуация насквозь рутинная – у всякого агента, информатора, научного консультанта есть куратор, иногда рядовой сотрудник, иногда весьма высокопоставленный, вплоть до главы восьмого департамента. И у Гаудина было несколько его личных агентов, и у Сварога парочка имеется. Мотивы могут быть самыми разными – иные агенты работают даже не за деньги или какие-то блага, а оттого, что считают честью) для себя быть агентом самого начальника департамента – это где-то похоже не на «агента», а «доверенное лицо». Правда, есть строжайшее правило: только на агентов начальника департамента не заводится досье, и их отчеты нигде не фиксируются. Заведено сие во избежание излишней самостоятельности подчиненных – не только начальники спецслужб, но и главы других ведомств таковой стараются избежать. Можно с уверенностью сказать: узнав о смерти Гаудина, его личные агенты поступили, как когда-то доверенные лица барона Гинкера – легли на дно. Известна только одна, Маргилена Дино, и то от того, что Сварога на нее вывел сам Гаудин, а после его безвременной кончины Сварог не нашел в соответствующих архивах досье на нее (каковое собирался честно изничтожить).