Я не выйду за варвара

Анна Аврора:

Мы так были поглощены друг-другом, что не заметили, как столкнули с трюмо статуэтку. Громкий звук, с которым металлическая птица коснулась пола, заставил все внутри встрепенуться, а пустившаяся за ней хрустальная шкатулка разбилась вместе со мной о жестокую реальность. Звон разлетавшегося на осколки стекла окончательно отрезвил нас… или вернее сказать меня. Потому что Витторио эта участь явно не грозила.

Эрл был неприлично пьян, что вызвало у меня невольное сравнение с Джорджем. И пусть доселе во мне жила абсолютная уверенность — Витторио не такой, но факты говорили о другом. Еще как «такой». Похоже пристрастие к крепким напитком это у них семейное. От нордорийца разило так, словно он опустошил все алкогольные запасы столицы, не меньше.

Я немного отстранилась от него, но наши губы все равно продолжали находиться неприлично близко. Он учащенно дышал мне в лицо этими хмельными парами и я не могла понять от чего сама пьянею. То ли от запаха рома, то ли от затуманенного взгляда его почерневших глаз. Но одно я понимала точно — я не должна была снова поддаться этому влечению, ведь это все неправда. Он ненавидит меня из-за моего сходства с Вильгельмом І и никогда не почувствует ко мне что-то большее.

— Варвар! — крикнула я от и влепила ему пощечину.

К моему удивлению, Витторио смиренно принял этот удар, даже не пытаясь остановить меня. Но я и так не собиралась останавливаться. Во мне клокотала обида. Я чувствовала себя униженной и порочной. Как он мог? Хотя… Чему я удивляюсь? Ему вообще все равно с кем: женится на одной, целует другую. Он же варвар, ему не присущи такие добродетели, как порядочность и нравственность. К тому же он еще и мертвецки пьян.

Да я попросту оказалась первой попавшейся женщиной, с которой он решил предаться плотским утехам. Или еще хуже — он желает этим обесчестить меня, растоптать и унизить. Но разве я виновата, что в мои жилах течет кровь императорской династии? Разве я выбирала, чтобы мой отец был из рода Бенкендорф?

А с другой стороны, имею ли я моральное право его осуждать, если сама ничем не лучше? Витторио ведь мужчина в конце концов. Для его чести и репутации не играет роли с кем делить ложе. Я же, если допущу близость, не просто потеряю свое лицо, я опозорю весь свой род. Это тяжкий грех. Меня будут ждать адские муки после смерти, не смотря на то, что я испытываю их уже сейчас.

В порыве гнева я попыталась хоть сколько-нибудь оттолкнуть от себя Эрла, что привело к обратному эффекту. Витторио не только не отодвинулся, но и еще больше одернул меня к себе. Клянусь, если бы воин не держал меня так крепко, я бы подпрыгнула до самого потолка от ощущений внизу.

Дело в том, многие мои подруги уже были замужними дамами и надо сказать, что на наших девичьих посиделках по вечерам мы успевали обсудить с ними не только новые шляпки в ателье мадам Хёрт. В связи с чем я смутно «догадывалась», что касается меня через грубую ткань его штанов. Однако руки Витторио по-прежнему впивались в мои бедра, поверх которых он так старательно задрал платье, и у меня не было ни малейшего шанса двинуться с места.