Мой Super сосед

— Знаешь, я жутко ревновала его к тебе, да и сейчас ревную. — В ее голосе слышится неприкрытая обида.

— Не вижу причин для ревности, у вас вон скоро ребенок родится, и Дима полностью забудет обо мне. — Кивком указываю на живот девушки и замечаю, как напряглась ее рука, сжимающая пульт.

— Это не ребенок Димы.

— Что? — Черт, Санта-Барбара какая-то, честное слово! Если бы я сейчас пила что-то или ела, то обязательно подавилась бы от такой новости.

— Это долгая история, Дима приютил меня, ну и получилось так, как получилось. Он обещал вырастить ребенка как своего, но я боюсь, что каждый раз, когда он будет смотреть на мою малышку, будет думать о том, что она не от него, и не сможет полюбить её так, как отцы любят своих дочерей.

— Я росла с отчимом и не особо чувствовала разницу. — И это правда, мы втроем с братом ездили на рыбалку, смотрели боевики и отдыхали на реке недалеко от дома. Конечно, Игорь не любил меня так сильно, как Женю, но и никогда не упрекал в том, что я не его дочь.

— У него полно твоих детских фотографий, и я часто застаю его ночью в гостиной с альбомом в руках. А несколько месяцев назад он показал мне фотографию автомобиля и спросил, понравился бы мне такой. Я аж растерялась, думала, он решил мне купить машину, я никогда ни от кого не получала таких подарков — да я и столько заботы ни от кого не получала. А Дима сказал: значит, Кире тоже должна понравиться, куплю на день рождения.

Оуч, кажется, у нас тут обиженная женщина.

— Ну, могу тебя порадовать, что машину мне уже не купят.

— Да мне все равно на машину, я его боюсь потерять, — срывающимся голосом говорит Алиса, отворачиваясь от меня и смотря немигающим взглядом в экран. Я все же успела уловить одинокую слезу, скатившуюся по ее щеке, и мне почему-то стало жаль ее.

— Мне кажется, он любит тебя. К тому же мне он сказал, что это его ребенок. И, кажется, он рад, что скоро во второй раз станет папой.

— Правда? — всхлипнула Алиса, и, несмотря на то, что мне хочется сказать, что пошутила, я киваю в ответ, подтверждая правдивость его слов.

— Я люблю его, — как-то уж слишком вдохновленно произнесла она.

— Я поняла, — буркнула и тоже уставилась в телевизор.

— А ты? Ты любишь того парня? Ну, которого арестовали?

— Дима говорил что-то о Владе? — Сердце вдруг забилось быстро-быстро, так же, как и каждый раз, когда я вспоминаю о нем.

— В общих чертах, но мне кажется, он не знает, как поступить в этой ситуации. С одной стороны — долг и отцовский гнев за то, что тот посмел притронуться к тебе, а с другой — он не смог не заметить, что тот парень тебе небезразличен.

Оставшуюся часть фильма мы молчим, а потом расходимся по комнатам и я долго не могу уснуть. Борюсь с желанием позвонить Диме и попросить отпустить Влада. Он ведь может это организовать? Потом обзываю себя дурой, потому что Влад — преступник и вряд ли будет благодарен мне за заботу, разве что попытается взять в заложники.