Нет другой двери… О Гоголе и не только [litres]

В тот же день вечером Гоголь приехал в подмосковное Абрамцево, где его неожиданное появление всех изумило и обрадовало. На следующий день Гоголь отправился к обедне в лавру, находящуюся в тринадцати верстах от Абрамцева. Там он вместе с отцом Феодором (Бухаревым) посетил студентов Московской Духовной академии. В предисловии к своей книге, написанной в форме писем к Гоголю, он так рассказывает об этом: «Студенты приняли его с восторгом. И когда при этом высказано было Гоголю, что особенно живое сочувствие возбуждает он к себе тою благородною открытостью, с которой он держится в своем деле Христа и Его истины, то покойный заметил на это просто: “Что ж? Мы все работаем у одного Хозяина”» [147].

Несмотря на краткость сказанных Гоголем слов, он все же выразил перед будущими пастырями очень важную мысль о том, что чувствует свою общность с ними в служении Христу.

Об этой встрече вспоминает также Василий Крестовоздвиженский, бывший в ту пору студентом академии. Его рассказ был напечатан в газете «Московские Ведомости» за 26 мая 1860 года. Впоследствии фрагменты из него не раз перепечатывались с искажениями и неточностями. Приведем его с возможно большей полнотой.

«Не знаем, как теперь, – пишет В. Крестовоздвиженский, – но в пятидесятых годах (1848–1852) студенты Московской Духовной академии с особенной любовью читали и перечитывали сочинения Гоголя; многие выдержки из его повестей, особенно из “Мертвых Душ”, учили наизусть; а “Ревизора” и “Женитьбу” несколько раз даже играли в своих комнатах, хотя без всякой почти сценической обстановки, но зато без помощи суфлера. Словом, произведения Гоголя были в то время постоянным предметом суждений и занятий воспитанников. При таком настроении, при этом дружном увлечении Гоголем, весьма естественно в каждом из воспитанников проявлялось желание видеть Николая Васильевича лицом к лицу. Что, если бы он встретился где-нибудь? Что, если бы вошел сюда? и так далее. Зная, что Николай Васильевич нередко бывает в Лавре, студенты в встречавшихся лицах, напоминающих какими-нибудь чертами портрет Гоголя, воображали, что видят самый оригинал. Как бы то ни было, но счастье видеть Николая Васильевича казалось несбыточным, хотя Троицкая лавра не слишком далеко отстоит от Москвы, куда уже возвратился Гоголь.