Сказки должны кончаться свадьбой

Серый Лорд шел по замку и все безмолвно расступались перед ним, казалось, даже коридоры расширялись при его приближении, боясь нечаянно задеть своего повелителя. За две недели прошедшие со дня битвы, Лорд превратился в собственную тень, осунулся, потемнел. Только его воля осталась прежней, такой же железной и непоколебимой. Проведя много лет на троне, Гварин хорошо понимал, что выигранная война - это только начало пути. И сейчас, когда надо восстанавливать разрушенное, обрабатывать землю, заново обустраивать мирную жизнь, надо отлавливать оставшихся в живых Тварей все еще таящихся в лесах, правитель имеет право на слабость не большее, чем в дни войны. Ради умерших и выживших, ради принесенных жертв, даже ради нее, он просто не мог позволить себе быть слабым. И держался лишь усилием упомянутой воли, заставляя себя есть, спать, двигаться, говорить, принимать решении и дышать.

Дверь в покои распахнулась легким полувздохом, принимая его в прохладные сумеречные объятья.

Айнарра, тоже сильно постаревшая, и окончательно поседевшая, поднялась Гварину навстречу.

- Вам надо поспать, мой Лорд!

Пожалуй, Айнарра единственная, на кого он не рычал. И кто мог подойти к нему на расстояние вытянутой руки, не опасаясь монаршего гнева.

-Как она?

- Все также. Мой Лорд, мне тяжело это говорить, но, возможно, девочка никогда уже не придет в себя. Я умею врачевать лишь тела, души мне не подвластны. А душа ее сейчас далеко.

- На Тропе?

- Еще дальше, мой Лорд. Так далеко, что ей не услышать нас. И ни ритуалы, ни обряды тут не помогут.

Они и говорили скорее по привычке, каждая фраза за последние недели была повторена множество раз.

- Спасибо, Айнарра. Иди, отдыхай. Я останусь с ней сегодня.

Когда дверь за Владеющей закрылась, лорд устало подошел к кровати. Сейчас, когда рядом не было внимательно наблюдающих глаз, он позволил себе скинуть маску неприступности и уверенности. Девушка, лежащая в постели, дышала. И только. Она не шевелилась и не открывала глаз. А он не мог спать, не мог есть, не мог думать ни о ком другом, зная, что драгоценнейшая из женщин, верная подруга, половинка его души борется со смертью по его вине.

Лорд снова перенесся мыслями в тот вечер, когда, разозленный непонятным упрямством Ирги, до дна выпил ритуальный кубок, позабыв, что его любимая женщина никогда ничего не делает без причины. Удушье, испуганные соратники вокруг и заслоняющие все любимые серые глаза Ирги. А поверх всего - ощущение беспомощности от того, что умирает до битвы, раньше, чем сумел исполнить свой долг.

Он пришел в себя, словно вынырнул из темноты, чтобы увидеть, как ее тело плавно оседает на пол, проткнутое серебряным острием. И мгновенно понял, почему еще жив. Его девочка, отважная маленькая птичка, заменила его собой в Смерти, как раньше оберегала в жизни. Для того, чтобы один неуступчивый грубиян успел провести свою последний решающий бой.