Польская политическая эмиграция в общественно-политической жизни Европы 30−60-х годов XIX века [litres]

Разгон Пражского съезда и подавление в июне 1848 г. Пражского восстания, в котором поляки также участвовали, оказались ударом по расчетам на объединенный фронт славянской революции. Эти события знаменовали наступление реакционных сил, что отразилось на ходе борьбы в целом в Австрийской империи, и в частности, на территории ее польских владений. В начале революции в Галиции, в марте 1848 г., возникли Национальный комитет в Кракове и Национальная рада (совет) во Львове. Большую роль на этом этапе движения играли демократы, в том числе многочисленные представители демократической польской эмиграции, прибывшие в Галицию. Так, в Краков прибыла группа деятелей Польского демократического общества во главе с В. Гельтманом, Л. Зенковичем, Ю. Высоцким. В. Гельтман и Я. К. Подолецкий издавали в Станиславове ежедневную газету, а в Кракове выходил «Przegląd» под редакцией Л. Зенковича. Они вели пропагандистскую работу, призывали к борьбе вместе с другими революционными народами. Агитацией и пропагандой занимались также Национальный комитет и Национальная рада в своих воззваниях, в частности, Гельтман был автором воззвания «К жителям Галиции и Краковской земли!», разосланного по галицийским циркулям (округам) 8 апреля 1848 г., а спустя 10 дней Львовская Рада повторно опубликовала это воззвание. Помещиков призывали к Пасхе 23 апреля осуществить «передачу земли в собственность крестьянам», отменить «барщину, чинши и всякого рода тяготы». Подчеркивалось, что это – «осуществление справедливости» и «вопрос первостепенной важности» особенно для помещиков: имея в виду «ужасные сцены 1846 г.», они должны понимать, что дело идет об их собственных интересах и безопасности. Авторы воззвания требовали от панов решить вопрос «немедленно, в едином согласии, одновременно и по собственной инициативе». Они заверяли, что Родина не забудет их поступка и вознаградит стократно. Обращалось внимание и на то, что Европа ожидает от них «нового жертвенного акта, тем более что сама она уже рассталась с привилегиями». Уговоры помещиков не тянуть с «великим днем» продолжались до осени 1848 г.: 30 сентября орган демократов «Dziennik Stanisławowski» опубликовал статью, где уточнял, что ликвидация барщины должна стать актом восстания за национальную независимость, а «социальная организация, обустройство собственности будет задачей уже независимой Польши». Но правительство Габсбургов опередило панов, огласив отмену барщины с вознаграждением помещиков с 15 мая 1848 г., а затем оно расправилось с восставшим Краковом. Спешившие в Краков эмигранты были задержаны на границе. Национальный комитет, где влияние демократических эмигрантов было более значительным, перестал существовать. В. Гельтману, Т. Янушевичу, Я. К. Подолецкому и ряду других демократов удалось перенести свою деятельность во Львов. На страницах галицийской печати Гельтман обличал австрийские власти, называя выкуп крестьянских наделов «грабежом». «Dziennik Stanisławowski» не уставал призывать к вооруженной борьбе, провозглашал социальные лозунги, требуя от помещиков отказаться от компенсации за отмену барщины, выдвигая идею создания «социальных мастерских» для рабочих. Но контакта с массами демократы установить не сумели, в львовской Раде перевес получила либеральная шляхта. Она была настроена на компромисс с Веной, которая на первых порах допускала национальные проявления в Галиции. Хотя в адресе, представленном поляками австрийскому императору, выдвигался лозунг независимости Польши, он сочетался с просьбой о поддержке Веной «национальной реорганизации Галиции». Правда, Центральная национальная рада во Львове (она стала так называться в связи с появлением ряда рад на местах) протестовала против игнорирования австрийскими властями своих пожеланий и требований, но на радикальные действия не решалась.