Сорвиголова

— Ах ты дерзкий щенок! — завизжал мой визави столь громко, что даже храпящий Дэн временно примолк, заворочавшись с боку на бок. — Мои побратимы окружили дом. Стоит мне свистнуть, и вас обоих, хуманов, прибьют, а дом сожгут! А девку вашу на двоих, которая вот-вот вернётся, попользуют и в хвост и гриву перед смертью! Ты, смерд, хоть понимаешь, с кем ты разговариваешь? С представителем высшей расы — эльфом. Я пока лишь пришёл сюда понять, что ты из себя представляешь. Узнать твоё имя, увидеть истинное лицо под маской, понять твой уровень, ранг, переписать твои навыки и способности. Вдруг ты не просто бывший раб, но и беглый преступник-душегуб? А то ваше грешное племя чувствует себя слишком вольготно у нас в городе. Как говорится, чувствуйте себя как дома, но не забывайте, что вы в гостях!..

Пока он толкал свою долгую, унылую речь, я лихорадочно обдумывал сложившуюся ситуацию, и как из неё выкручиваться. Я однорукий, а эльф непонятно сколь силён и уже при оружии. А если дом окружён друзьями этого неадеквата, то вообще мне амба вместе с молодожёнами. Но ситуация вдруг резко разрешилась сама собой. Позади нас вдруг появился Дэн, ударивший кочергой со всего размаха по эльфийскому жбану, сокрытому капюшоном. Хозяин квартиры, так окончательно и не проснувшись, проворчал что-то вроде «Грабители совсем обнаглели, ни свет ни заря грабят!», чтобы затем пройти пару шагов и завалиться на кровать, вновь захрапев, как ни в чём не бывало.

Почесав голову и отобрав у Дэна кочергу от греха подальше, я потыкал ею в эльфа. Но того, видимо, надолго вырубило от сильного удара по глупой макушке. Вооружившись всё той же тяжёлой железякой, я осторожно вышел из дома и обошёл его кругом, внимательно всматриваясь в ночи в каждый угол, тёмную щель или толстое дерево. Везде было пусто, никаких коллег и соклановцев безымянной ультраправой организации. Обманул, значит, расист придурошный, никого, кроме бравого эльфа, пытавшегося взять меня на понт, поблизости не было. Фуф, гора с плеч. Давно я ушастых не убивал, аж с самого сегодняшнего утра, когда прикончил на мосту двух красивым лицом, но с гнилыми душами охотников за головами. А я ещё боялся, что придётся прекратить насилие над ушастиками, раз теперь живу в цивилизованном, гуманном городке. Наивный юноша…

Зайдя в дом, я наклонился над бессознательным телом. Что с ним делать, вопросов у столь пропащего человека, как я, даже не возникало. Оставлять в живых нельзя, иначе он когда-нибудь очнётся и обвинит не меня, так Дэна в нападении и покушении на убийство на представителя «высший расы». Откуда мне знать реакцию властей городка на сие недоразумение? А вдруг нас повесят без суда и следствия, кажется, это называется судом Линча.

Резать его, как свинью, прямо в доме, тоже не дело — очень глупо. Тело, может, и исчезнет, но кровищи останется мама не горюй. Нет уж, мы пойдём другим путём, решил я, вытаскивая из закромов хозяюшки тонкую холщовую верёвку и обвивая её вокруг шеи эльфа в балахоне. Я даже не снимал с него капюшон, вот неинтересно мне нисколько, как это чудо-юдо выглядит. Пару минут пришлось изрядно помучиться — инвалид же! Один конец тугой бечёвки обвязал вокруг ноги, единственной рукой вытягивая на себя другой её конец. Под самый финиш тело живчика вдруг пришло в себя, закряхтело, вяло пытаясь сопротивляться, но асфиксия — это вам не хухры-мухры.