Туркестан в имперской политике России: Монография в документах [litres с оптимизированной обложкой]

Но и такое определение страдает большою неточностью, потому что в действительности замечается постепенный переход вакуфов ненаселенных в населенные по мере заселения первых с согласия, а иногда и без ведома распорядителей вакуфных учреждений лицами, обрабатывающими вакуфные земли. Эта неопределенность терминов, по всей вероятности, и повлекла за собою смешение понятий о признании или непризнании действительности вакуфного документа как права на освобождение от уплаты в казну поземельного налога, с признанием или непризнанием за этими документами права на владение данного учреждения тем или другим вакуфным имуществом.

В пунктах 6, 10, 13, 15, 16и17 «Правил о введении поземельно-податного устройства в Туркестанском крае» говорится только о признании или непризнании прав вакуфного учреждения на ту или другую часть поземельного налога (п.16). Но всякий вакуфный документ помимо действительности или недействительности его в этом смысле представляет собою еще документ владенный, каковое значение его может быть оспариваемо только в том случае, если кем-либо представляются те или другие права на ту же землю. Помимо предъявления подобного спора вакуфное учреждение, как юридическое лицо, фактически владеющее участком земли в составе дачи, утверждаемой за сельским обществом, имеет, очевидно, по меньшей мере такое же неоспоримое право на свой участок земли, как каждое из физических лиц, принадлежащих к тому же обществу, даже и в том случае, если, в смысле права на обеление от налога, документ его (вакфнама[232]) признан будет неимеющим силы или даже подложным (п. 6), т.е. без ханской печати, освобождающей от налога, или с печатью подложной. В Областные Правления представлены многие сотни документов, которые оставляются на основании п. 6 «правил» без последствий, но едва ли не еще большее число вакуфных учреждений, прав собственности которых на участки земли (преимущественно весьма небольшие) никто не оспаривает, совсем не представило своих документов, не претендуя в какой-либо мере на обеление в податном отношении.

Казалось бы, что собственно владельческие права вакуфных учреждений, как тех, документы коих оставлены «без последствий», так и тех, которые совсем не представили документов, никоим образом не могут оспариваться, если против них не предъявляется споров; между тем вследствие смешения понятия о вакуфном праве (в смысле обеления) с правом на владение Комиссия Тайного Советника Кобеко проектировала в ст. 265: ненаселенные земли, составляющие непризнанные правительством вакуфы, зачислять в разряд земель государственных. С проведением такого правила законодательным путем оказалось бы, что вакуфные учреждения, представившие по требованию правительства документы, но вакуфное право которых не признано, лишатся своих земель, тогда как учреждения, не исполнившие требования и вакуфных документов не представившие ускользнули бы от конфискации их имущества. Такой результат был бы очевидно явно несправедливым; если же заняться розыском мелких вакуфных имуществ, входящих в состав дач сельских обществ и не представивших своих документов, с целью конфискации таковых, то масса религиозных и благотворительных мусульманских учреждений: мечетей, школь и медресе – лишилось бы всяких средств существования, что, несомненно, вызвало бы серьезное и вполне основательное неудовольствие населения. К подобной конфискации, тем менее, имеются основания: при включении подобных вакуфных имуществ в состав дач сельских обществ, облагаемых поземельным налогом по количеству утвержденной за ними земли, казне, получающей поземельный налог также и с вкрапленных в дачи вакуфных имуществ, совершенно безразлично, будет ли сельским обществом налагаться на вакуфные имущества некоторая часть платежей или приходящаяся на их долю часть будет добровольно разлагаться на остальных землевладельцев общества. Но с другой стороны, кроме земель, входящих в дачи сельских обществ, за некоторыми вакуфными учреждениями числятся по документам иногда довольно крупные участки неорошенных и даже необрабатываемых земель, право владения которыми может с полной основательностью оспаривать у них сама казна[233]. По отношению к таким землям[234] признание или непризнание действительности вакуфных документов имеет очевидное значение признания или непризнания владельческих прав, в случае непризнания которых спорный участок должен поступить в казну; в случае же непредъявления документа на такую землю не возникает и сомнения в принадлежности его казне.